Он отпил кофе:
— У них много совместных проектов. Много денег крутится. Волков прикрывает Хлебникова своими полномочиями, Хлебников делится прибылью. Классическая коррупционная схема, отработанная годами.
Я почувствовал, как внутри растёт холодная ярость. Генерал-губернатор Москвы. Один из самых влиятельных чиновников империи. И в сговоре с Хлебниковыми. Да уж, прижать их будет не так-то просто.
— Это многое объясняет, — отозвался я. — Почему они так уверенно действуют. И почему не боятся последствий.
— Именно, — кивнул Дядя Костя. — С такой протекцией можно многое себе позволить.
Он сделал паузу, словно решая, стоит ли продолжать. Потом всё же заговорил, понизив голос:
— Более того, в узких кругах давно ходит один слух… Очень интересный слух.
Я насторожился:
— Какой?
Дядя Костя оглянулся на дверь, словно проверяя, не подслушивает ли кто. Потом наклонился ближе:
— Про Бриллиантовую палату Кремля. Говорят, что часть экспонатов там — подделки. Очень качественные, но всё же подделки. А оригиналы якобы проданы на Запад частным коллекционерам. — Он выдержал паузу. — И в этом деле замешаны Хлебников с Волковым.
Я ошеломлённо уставился на него:
— Это же государственная измена! Продажа национального достояния!
— Слух — он и есть слух, — Дядя Костя всплеснул руками. — Доказательств нет. Официально всё чисто. Но в определённых кругах об этом шепчутся уже года три.
— И вы верите этому слуху?
— Зная Хлебникова и Волкова, — Дядя Костя задумчиво потёр подбородок, — я готов в это поверить. Они оба жадные до денег. А западные коллекционеры заплатят любые миллионы за царские драгоценности.
Я откинулся на спинку кресла, переваривая информацию.
Императорские сокровища располагались в Зимнем дворце, а царские регалии — в Москве, в Бриллиантовой палате. Драгоценности, которым сотни лет. И кто-то продаёт их на Запад, заменяя подделками?
Если это правда — скандал будет чудовищным. Таким, что смоет не только Хлебникова и Волкова, но и всю московскую верхушку. И всех, кто с ними связан.
— Вы воюете с Хлебниковыми и должны понимать, с кем имеете дело. — Лицо авторитета стало серьёзным. — Это не просто конкурент, Александр Васильевич. Это серьёзная преступная структура со связями до самого верха. С генерал-губернатором в союзниках, с московским криминалом за спиной, с миллионами на счетах.
Он постучал пальцем по столу:
— Если вы решите действовать против них — будьте готовы к жёсткому противодействию. Они не остановятся ни перед чем. И дальше будет только хуже.
Я медленно кивнул:
— Понимаю. Благодарю за откровенность.