Глядяна его довольную морду, я понял, что стоит дать папане небольшой отпуск. Оградить Гаврилова от всех забот и подарить ему и маме небольшую передышку. Шанс побыть родителями.
Внутри меня тоже что-то изменилось. Впервые за долгое время я почувствовал ответственность за это крошечное создание. Когда Гаврилов передал мне свёрток, я осторожно взял сестрёнку на руки, ощутив тепло её крохотного тельца. В голове тут же промелькнула мысль, что ради неё я сверну горы, сражусь с кем угодно, лишь бы она была счастлива.
«Теперь у меня есть ещё одна причина становиться сильнее», — подумал я, осторожно касаясь её мягкой щёчки. Сестрёнка тихонько вздохнула во сне и улыбнулась. А может, мне показалось. Но ясно было одно. С этого дня моя жизнь уже не будет прежней. Теперь моя жизнь принадлежит не только мне, но и моей семье, особенно этой маленькой девочке. Забавно, совсем недавно я о подобном даже не задумывался и бездумно бросался в бой.
Когда я вышел из палаты, то нос к носу столкнулся с бабушкой. Маргарита Львовна стояла рядом у двери и подслушивала, что происходит внутри.
— Бабуль, а ты чего уши греешь? — спросил, я приподняв бровь.
— Твоя мама не очень-то меня жалует. Её отношения с моим сыном не сложились, а я — лишнее напоминание о том времени. Понимаешь? — печально проговорила старушка. — Но я рада, что у тебя появилась сестрёнка, хотя родственников у тебя и так хоть отбавляй, — она хихикнула, но смех вышел каким-то грустным.
Бабушка часть семьи, но вынуждена избегать мою маму, чтобы не причинять ей боль. На душе стало так неприятно. Почему дорогие мне люди не могут нормально обща… Из палаты донёсся крик мамы:
— Миша! С тобой Маргарита Львовна?
— Да, она здесь! — ответил я.
— Попроси её зайти!
На лице бабушки появилась растерянность, смятение и даже страх. Я видел, как она дёрнулась, чтобы убежать отсюда, но я нежно взял Маргариту Львовну за руку.
— Всё хорошо. Иди.
— Но, я же… — растерянно пробормотала бабуля.
— Иди, я тебе говорю, — настоял я и мягко втолкнул старушку в палату.
Катарсис. Нирвана. Вселенная обрела гармонию. Из палаты донеслись всхлипывания Маргариты Львовны, она извинялась, отвешивала сотни комплементов моей маме, сестрёнке, а капитана назвала гориллой и велела быть аккуратнее, а то, чего доброго, раздавит ребёнка своими лапищами. Гаврилов на её колкость даже не обратил внимания.
Я же стоял в коридоре, слушал воркование близких и понимал, что нужно возвращаться в чёртову резиденцию Императора. Использовав телепортационную костяшку, я очутился в гардеробе. Аккуратно приоткрыл дверь… и нос к носу столкнулся с князем Водопьяновым.