— Из-за Архарова мой отец получил увечия и стал медленно, мучительно умирать, — произнёс я, скрежетнув зубами. Это было отнюдь не наигранно. Мне и правда было жаль Черчесова. — Если бы не ловушка Архарова, мой отец не погиб бы в том злосчастном поезде. А ещё он похитил мою мать. Хотел её изнасиловать, и если бы не отец, ему бы это удалось. — Сделав шаг вперёд, я продолжил, добавив в голос ещё больше гнева. — Я хочу лично взглянуть в глаза этой твари и, если позволите, плюнуть ему в морду.
Я замолчал на пару секунд. Посмотрел на Водопьянова, тот сидел с непроницаемым лицом. Потом глянул на Пожарского. Он как всегда скалился и беззвучно мне аплодировал. Мать Императора же смотрела на меня с показным сожалением. Как будто ей не плевать? А Император сидел с весьма задумчивым видом. Поэтому мне пришлось продолжить свою речь:
— Ваше величество, насчёт вашего вопроса. Я не уверен, что Архаров жив. Просто питаю робкую надежду на то, что он гниёт в темнице. На вашем месте я бы не убивал мятежника сразу, а сделал так, чтобы он тысячу раз пожалел о содеянном. Пытал бы его сутками напролёт, заставляя молить о смерти.
Комната неожиданно наполнилась громким хохотом Пожарского:
— Ха-ха! Этот парень мне определённо нравится! Какая кровожадность! Вы только посмотрите на него!
Если честно, я так и не понял: он реально восхищается мной или издевается? Однако Император поднял руку, жестом заставляя Пожарского замолчать. Иван Васильевич пронзительно посмотрел на меня и медленно кивнул:
— Вы правы, граф. Архаров действительно жив. Я распоряжусь, чтобы вас пропустили в темницу. — Подумав немного он добавил. — И всё же, ваша просьба весьма странна. На вашем месте я бы предпочёл титул или ценный артефакт…
Император резко дёрнул рукой, касаясь уха, залепленного пластырем телесного цвета. Было ощущение, что рана уже зажила, а вот психологическая травма всё ещё терзает самодержца. Иван Васильевич холодно произнёс:
— Знаете. Сегодня я в хорошем расположении духа. Поэтому можете не только плюнуть ему в морду. Если захочется выпотрошить его как рыбу, ни в чём себе не отказывайте. Сделайте это как можно медленнее, доставляя ему максимальные страдания. Отомстите за свою матушку и почившего отца.
Услышав это, я тут же преклонил колено перед Императором и твёрдо произнёс:
— Премного благодарен, ваше величество. Однако смерть для этого выродка будет избавлением. Я хочу, чтобы он продолжал страдать и умирал долго и мучительно.
Император усмехнулся и коротко кивнул:
— Да будет так. Сегодня можете отдохнуть, а завтра князь Пожарский лично сопроводит вас в темницу. — Иван Васильевич оскалился и сложил руки на груди. — Ах, да. Совсем забыл о наказании.