— Хотел зарезать, как собаку! — буквально выплюнул Марцин. — Я видел, как патруль забрал пана Янека. И понял, что это вы его сдали. Решил отомстить. Сам. Без приказа.
— Храбрец! — Валуев шагнул к нему, навис над головой, высоченный, широкоплечий, страшный. — Откуда наш адрес узнал?
— Я не знал! — парень попытался пожать плечами. — Еще позавчера мы проследили за вами до дома. Ни номера квартиры, ни этажа нам узнать не удалось. Поэтому я стал ждать в подъезде.
— Где вы встречались? — спросил Валуев. — Адреса?
Марцин снова замолчал. Я видел, как напряглись его челюсти — он решал, говорить или нет. Валуев ждал. Тишина в комнате стала плотной, как вата.
— Nie powiem, — прошептал Марцин, и в его голосе послышалось отчаяние.
Валуев не стал уговаривать. Он легонько ударил ребром ладони по шее, там, где нервы выходят к затылку. Парень охнул, голова его мотнулась, из носа потекла тонкая струйка крови.
— Адреса! — прорычал Петя.
— Nie… — простонал Марцин.
Петя ткнул пленника в солнечное сплетение. Марцин выгнулся, открыл рот, но вместо крика вырвался только сиплый выдох — воздух вышибло из лёгких. Он обмяк, повис на веревках, с трудом удерживаясь в сидячем положении. По подбородку потекла кровь, смешанная со слюной.
— Я могу делать это долго, — сказал Валуев тихо, почти ласково. — У меня большой опыт. И мне некуда спешить.
— Я скажу… — прохрипел Марцин, и плечи его задрожали. — Адреса… Один — в доме семь на Брестской улице, в подвале, где когда–то была пекарня. Второй — на Немиге, в доме одиннадцать, вход через ворота за заброшенным сквериком.
Валуев выпрямился, посмотрел на меня. Я кивнул — на сегодня хватит.
Петя снова заткнул Марцину рот тряпкой и проверил узлы. Потом взял меня за локоть и увёл на кухню, плотно закрыв дверь.
— Думаешь, правду говорит? — негромко спросил Валуев.
— Вроде бы — да, — ответил я, продолжая обдумывать слова пленника. — Не такой уж я интересный объект, чтобы за мной десятки людей посылать. Как раз пятерки было бы достаточно.
— Все–таки интересно — чего они к тебе прицепились? — почесал подбородок Петя. — Сходить бы на эти явки, поймать пана Кшися и пораспрашивать его, но… уже поздно — если Вондерер забрал старика, то расколет его через час или два. Максимум — к вечеру.
— Нам туда соваться нельзя! — сказал я. — Лучше потом у самого майора спросить. Есть более актуальные вопросы — куды бечь? И что делать с пшеком?
Валуев помолчал, глядя в окно, за которым голубело зимнее небо — ни облачка, только морозная дымка над крышами.
— Менять дислокацию — подозрительно, — через минуту ответил Петя. — Два немецких военнослужащих вдруг съезжают из предоставленной комендатурой квартиры, прожив меньше недели — вызовет ненужные вопросы. Соседка сразу доложит куда надо, что мы исчезли.