Магия Земли выстрелила двумя каменными шипами из перил лестницы. Один вошёл старшему брату в бедро, и огненная стена прервалась, потому что её создатель согнулся пополам с коротким хриплым рёвом. Второй шип прошёл мимо среднего, тот отклонился.
Арсений ударил воздухом.
Я ожидал этого, помнил его стихию с той встречи на базе, когда ядро ещё резонировало при его приближении. Воздушный пресс обрушился сверху, плотный, тяжёлый, с тем характерным звоном в ушах. Колени просели, мрамор под ногами дал ещё одну трещину.
Все трое работали одновременно. Огонь спереди, давление воды изнутри, воздушный пресс сверху. Хорошо. Значит, играть можно по-другому.
Я выпустил Призрачные Руки.
Серые полупрозрачные конечности вышли из точки между лопатками. Они ударили вверх, в воздушный пресс Арсения, пробив его. Потом метнулись к среднему брату, но он ушёл вниз, перекатившись по ступеням и выставив водяной барьер, который Призрачная Рука прошла насквозь, потеряв на этом часть импульса. Другая зацепила старшего по раненому бедру и потянула вниз.
Старший брат рухнул по ступеням, оставляя за собой дымящийся кровавый след. Огонь из его ладоней бил уже не стеной, а хаотичными выбросами. Одна вспышка попала в колонну, мрамор лопнул и осыпался раскалёнными кусками. Другая ударила в потолок, где хрусталь уцелевшей люстры расплавился и потёк вниз горящими каплями.
Я перешагнул через горящие обломки и оказался рядом с ним. Призрачная Рука вошла ему в грудь до того, как он успел поднять барьер. Пальцы нашли ядро, рядом с которым пульсировала та сила, которую я пришёл забрать.
Старший брат закричал. Не от боли удара, а от того, что чувствует человек, когда из него начинают тянуть то, что он считал частью себя. Сила Титана сопротивлялась, как сопротивлялась у отца. Но слабее, потому что её было меньше, и мои тридцать пять процентов давили на неё с превосходством, которое не оставляло места для торга.
Его кожа посерела за несколько секунд. Волосы побелели, потом начали крошиться. Тело обмякло на моей Призрачной Руке, как одежда, из которой вынули человека, и когда я отпустил, на ступенях осталась только пыль и пустой мундир тёмно-красного цвета.
Средний брат увидел это.
Его реакция отличалась от той паники, которую я ожидал. Вместо бегства он сконцентрировался. Вода пришла отовсюду сразу. Из разорванных труб в стенах, из пожарных резервуаров под полом, из влаги в воздухе. Она собралась вокруг него плотным коконом, потом этот кокон превратился в сотню тонких, как иглы.
Копья ударили одновременно. Со всех направлений. Покров принял основной удар. Три копья пробили барьер в местах, где он был тоньше. Одно вошло в левое плечо, другое рассекло бок, третье ударило в бедро и прошло неглубоко, застряв в уплотнённой мышце.