— Все чёрные, — сказала Василиса. — На втором складе была ловушка. Артефактная сеть под полом. Когда они вошли первыми — активировалась.
Я посмотрел на неё. Она не отвела взгляда и не объясняла дальше, а просто ждала.
— Склады? — спросил я.
— Оба. Зачищены полностью. Половина от луркеров, что были со мной мертвы.
— Понял, — кивнул.
Я завязал мешок обратно и выпрямился. От ста двадцати осталось в лучшем случае пятьдесят-шестьдесят.
Огляделся. Коллектор стал тесным для того, что в нём теперь было. Вдоль обеих стен, в ответвлениях, в центральном проходе стояли и сидели фигуры. Зелёные и красные вперемешку, Серые дальше, там, где потолок позволял им выпрямиться. Луркеры заняли все горизонтальные поверхности. Борис опустил бессознательного человека у стены у входа в лабораторию и встал рядом.
Ирина вышла через несколько секунд после нашего появления.
Она оценила картину быстро. Её особый взгляд, который начинался не с лиц и не с ранений, а с ядер. Потом увидела человека у стены. И остановилась.
— Что это? — спросила она.
— Не знаю, — ответил я. — Изучить и понять как использовать, но сначала армия.
Она оторвала взгляд от человека с усилием. Это было заметно, потому что в её лице что-то дрогнуло. Потом перевела его на Бориса, потом на Зелёных в первом ряду. Взяла блокнот.
— Мне нужны образцы у каждого типа, — сказала она. — Двадцать минут.
— Пятнадцать.
— Двадцать, — повторила она без изменения тона. — Иначе катализатор будет неточным.
— Двадцать, — согласился я.
Она пошла вдоль рядов. Зелёный, которого она остановила первым, не пошевелился, пока она брала пробу.
Я отошёл в боковой тоннель.
Двадцать минут… Время, которого должно хватить, чтобы привести себя в порядок. Регенерация от двух ядер работала быстрее, чем раньше, и к тому моменту, как я вернулся в коллектор, давление при дыхании почти ушло.
Ирина заканчивала записи. Она присела у Серого последнего ряда, брала пробу, что-то записывала, вставала. Посмотрела на меня.
— У меня есть всё, — сказала она.
— Тогда работай.
— Мне нужен образец из твоих ядер тоже, — добавила она.
— Нет.
— Владимир. — В её голосе появился тон, который она использовала, когда хотела объяснить что-то важное кому-то, кто, по её мнению, не вполне понимает всей значимости происходящего. — Два ядра в одном теле… И да не думай, что я этого не почувствовала. Это уникальная архитектура. Катализатор на её основе будет на порядок точнее, чем то, что я делаю сейчас.
— Мне сказал кто-то умный, что образцы не берутся без разрешения, — ответил я. — Это моё решение. У тебя достаточно материала.