Она подошла ближе, взяла мою руку. Сжала.
— Спасибо вам, — прошептала она ещё раз. — За моих девочек. Мы в вечном долгу перед вами.
Поклонилась, развернулась и вышла, закрыв за собой дверь. Разделся, стянул пиджак, рубашку, штаны, бросил на кресло. Сел на кровать, она прогнулась под весом. Лёг, накрылся одеялом. Положил шарик на грудь. Зелёный свет пульсировал в темноте, освещал потолок слабыми вспышками.
Энергия текла из шарика в тело. Разливалась по каналам, заполняла клетки. Окаменение замедлялось. Боль уходила. Тяжесть в конечностях исчезала. Веки отяжелели, тело расслабилось. Артефакт… усыплял. Приятно. Глаза закрылись сами, я провалился в сон.
Пришёл в себя от звука, дверь открылась тихо, осторожно. Скрип петель, шорох одежды. Напрягся, кто-то проник в комнату. Хотят избавиться? Решили, что долг уплачен, теперь можно убрать свидетеля?
В комнату прошмыгнула фигура: маленькая, тонкая, женская. Белая ночная рубашка, волосы тёмные, длинные.
Вика.
Она прикрыла дверь за собой бесшумно, оглянулась на кровать. Проверила, сплю ли я. Я не шевелился, дышал ровно.
Она на цыпочках подошла к кровати. Остановилась рядом, постояла секунду. Потом медленно подняла край одеяла. Залезла под него тихо, осторожно. Легла рядом. На самом краю, не прикасаясь ко мне. Лежала неподвижно, не шевелилась.
Я закрыл глаз полностью. Слушал.
Её дыхание — частое, неровное. Сердце колотится. Тело горячее, жар исходит от неё волнами. Запах… инстинкт размножения.
Может? Подумал об этом секунду. Тело откликалось. Вика красивая, молодая, здоровая. Доступная, но артефакт…
Зелёный шарик пульсировал на груди. Энергия накрывала меня волной за волной. Усталость наваливалась, тяжесть в мышцах. Сознание плыло, мысли путались.
Последнее, что почувствовал — губы коснулись моего плеча. Нежно, невесомо.
— Спасибо тебе, мой спаситель, — прошептала Вика в темноте.
Пришёл в себя от шума внизу. Голоса, много голосов. Открыл глаза. Уже почти рассвет за окном, серый свет пробивался сквозь шторы. Вика сидела на кровати рядом, тряслась всем телом. Лицо белое, глаза распахнуты. Она прижимала одеяло к груди, прикрывалась.
Голая? Я посмотрел на неё, потом на себя. Я тоже голый почему? Шарик лежал рядом на простыне.
Что происходит?
Внизу грохот, что-то упало, разбилось. Мужской голос заорал:
— Где она⁈ Отдайте девку или сдохните все!
Выстрел. Эхо разнеслось по дому.
Кто-то закричал. Женский крик.
— Нет! — это голос Ольги.
Вика затряслась сильнее, слёзы брызнули из глаз, потекли по щекам. Я сел, посмотрел на неё.
— Что происходит? — спросил.