Глаза начали закрываться сами. Сел на пол и упёрся об кровать. Тело требовало отдыха, я откинул голову назад, прикрыл веки.
Задремал. Проснулся от прикосновения. Рука легла мне на плечо, тряхнула осторожно. Ольга сидела передо мной на корточках. Лицо усталое, бледное. Очки сползли на кончик носа.
— Послушай, — сказала она тихо. — Это не остановить…
Она опустила взгляд вниз, сжала губы. Руки дрожали.
Я поморщился, встал.
— Понял, — буркнул. — Я пойду.
Развернулся к двери.
— Подожди! — Ольга схватила меня за руку, остановила.
В другой руке было что-то зажато, протянули ко мне. Взглянул, обычный шарик. Размером с грецкий орех, зелёный, по поверхности шли прожилки. Шарик лежал на её ладони, пульсировал. Я чувствовал исходящую от него энергию.
— Это… — голос Ольги дрогнул. — Это наше наследие.
Только сейчас я заметил, что Вика сидела рядом со мной на полу. Голова склонилась набок, волосы рассыпались по плечу.
— Когда-то мой прадед получил его за службу, — продолжала Ольга. — Потом он, мой дед, отец, я — все насыщали его магией исцеления. Годами… десятилетиями. Это наш личный артефакт.
Она сделала паузу, сглотнула.
— Он способен пробудить магию целительства. Именно благодаря ему я стала лекарем. Он даёт первую технику — базовую, но сильную. И… он сам лечит. Постоянно, пока находится рядом.
Протянула мне шарик. Руки тряслись сильнее.
— Возьми, — прошептала она. — Может быть, он замедлит процесс. Может быть…
Взял шарик из её ладони, сжал в кулаке. Энергия текла в руку, разливалась по телу. Окаменение отступило на миллиметр. Боль притупилась.
Кивнул ей.
— Спасибо.
— Уже ночь, куда ты пойдёшь? — спросила Вика, открыв глаза.
Я повернулся к ней. Она смотрела на меня сонно.
— Останься у нас, — продолжила она. — В комнате для гостей, заодно проверишь, как он работает.
А почему бы и нет? Какая разница, где спать? Здесь тепло, безопасно, накормлен. Часть меня, та самая — человеческая, не хотела уходить. Это внимание, тепло, благодарность… Они пьянили и расслабляли. Будем считать это выходным, решил я и кивнул.
Ольга улыбнулась устало.
— Я позову маму, она проводит тебя.
Девушка вышла из комнаты и через минуту вернулась с Елизаветой. Мать выглядела сонной. Халат накинут на ночную рубашку, волосы распущены.
— Владимир Николаевич, — сказала она мягко. — Пройдёмте, покажу комнату.
Я последовал за ней, буквально через несколько дверей оказалась место для моего отдыха. Кровать двуспальная, покрывало свежее. Прикроватная тумбочка, шкаф для одежды, кресло у окна. Всё чисто, пахнет лавандой.
— Отдыхайте, — сказала Елизавета. — Если что-то понадобится, позовите. Мы рады вам помочь.