Хаос, смута, борьба за власть. Для меня это возможность, пока они заняты друг другом, я буду расти, набирать силу, готовиться к главной цели.
Рука снова заныла, резче, больнее. Я поморщился, сжал зубы. Окаменение не останавливается, ползёт дальше по телу. Спина полностью каменная, часть груди тоже.
Машина свернула с проспекта, поехала по узким улицам. Здесь здания стояли плотнее, особняки за высокими заборами, ворота из кованого железа. Сады за оградами, фонтаны, статуи. Богатство, выставленное напоказ.
— Зелёный пояс, — сказал водитель, кивая на окрестности. — Тут живут те, у кого деньги и связи. Купцы, маги, побочные ветви аристократических родов. Обычным вход заказан.
Я промолчал, продолжал смотреть в окно. Водитель пожал плечами, замолчал. Ещё несколько поворотов, и машина остановилась перед высокими воротами. Массивные, из чёрного металла, с золотыми завитушками и гербом сверху. За воротами виднелся особняк — трёхэтажный, из белого камня, с колоннами у входа. Слишком много лепнины, слишком много золота на карнизах. Статуи львов с крыльями стояли по бокам от парадной лестницы, покрашенные золотой краской.
Дом кричал о деньгах, но шептал об отсутствии вкуса.
— Приехали, — сказал водитель. — Улица Цветочная, дом сорок семь.
Я открыл дверь, вышел из машины. Закрыл дверь, поправил сумку на плече. Водитель развернулся, уехал обратно. Шум мотора затих вдали.
Я остался один перед воротами. Посмотрел на особняк. Подошёл к воротам. У входа стояли двое охранников в ливреях — красных камзолах с золотым шитьём. Крепкие ребята, широкие плечи, автоматы на ремнях через плечо. Но взгляд пустой, расслабленный. Паркетные вояки, привыкли отпугивать нищих, а не воевать.
Один из них, молодой парень с прыщами на лбу, шагнул вперёд, преградил мне путь рукой.
— Стой, — сказал он резко. — Служебный вход с заднего двора. Вали отсюда, бродяга.
Я посмотрел на него молча, потом перевёл взгляд на второго охранника. Тот постарше, лет сорока, со шрамом на щеке. Ветеран, по всей видимости, он стоял чуть поодаль, смотрел на меня внимательнее.
— Я к хозяину, — сказал я спокойно. — Большов Владимир, помощник купца Быкова.
Молодой охранник фыркнул.
— Помощник? — усмехнулся он. — В дешёвом костюме и с сумкой? Не смеши. Проваливай, пока по-хорошему. Ты только глянь… — засмеялся пацан. — Всякое отребье наскребёт себе на одёжку больше подходящую для борделя и к господину валиться.
Он потянулся к дубинке на поясе, начал вытаскивать её из петли. Я не двинулся с места, просто посмотрел ему в глаза, потом перевёл взгляд на ветерана. Первая мысль была — убить. Ударить кулаком ему по черепушке, чтобы шея сложилась и голова опустилась на плечи, но… Как мне потом объяснять всё это Быкову?