— Ну наконец-то! — первой выходит Арина. На лице улыбка, но в глазах влажно. Она спешит ко мне, берет за руки, потом крепко обнимает. — Господи, как же я рада, что ты пришла, доченька.
Слово «доченька» режет слух. От этой боли щемит под сердцем. На самом деле мне очень приятно, но так неожиданно. Это слово — забытое, почти потерянное.
— Спасибо большое, — шепчу. — И вам за прием, и за то, что…
— Тише, — она мягко кладет ладонь мне на щеку. — Не надо благодарностей. Мы просто счастливы, что вы с Аришей пришли домой.
«Домой.»
Ком подступает к горлу.
Из-за её спины появляется Эмиль — высокий, широкоплечий, с усталыми, но добрыми глазами.
— А вот и наши красавицы! — улыбается он. — Ну всё, жизнь налаживается.
Он протягивает руку к Арише:
— Ну-ка, иди ко мне, малышка! Напомни, как тебя звать?
— Ариша, — гордо отвечает она, будто это целое звание. — Ты забыл?
— Не забыл, просто… Хочется слышать твое имя как можно чаще. Будем друзьями?
— Угу, — кивает. — У меня теперь бабушка с дедушкой есть. И папа! И тетя с дядей! И брат!
Все смеются.
Ариша уже бежит за Эмилем младшим — племянником Эмина. Мальчик протягивает коробку с игрушками, и через минуту они оба уже на ковре, окружённые машинками, куклами и мягкими зверями. Их звонкий смех разносится по дому.
Арина оборачивается ко мне:
— Проходи, милая. Всё готово. Стол ждёт.
Я снимаю верхнюю одежду. По спине пробегает лёгкий холод — это все от эмоций. Впервые за много лет я пришла не просто в гости, а в дом, где нас действительно хотят. Где не нужно делать вид, что ты торопишься. И эта мысль настолько нова, что к горлу снова подкатывает ком. Мне тут хорошо.
Гостиная сияет мягким светом. Белая скатерть, фарфор, хрусталь, запах запеченного мяса — всё до мелочей говорит, что к этому вечеру готовились. И это ощущается в каждой детали: в горячих тарелках, в трепетной суете Арины, во взглядах, которыми Эмиль и Эмилия обмениваются, словно хотят убедиться, что всё идеально.
— Ну, вот теперь можно садиться! — хлопает Арина в ладоши. — Эмин, позови малышей.
— Уже здесь! — кричит Эмиль младший. — Мы идём!
Ариша выбегает за ним, смеется. Растрепанные волосы разлетаются по плечам, глаза сияют. Я не помню, когда видела её такой счастливой. Этот момент как фотография, которую хочется сохранить навсегда.
Мы рассаживаемся.
Ариша — между мной и Эмином.
Сначала неловко. Я чувствую на себе внимательный, осторожный взгляд Бестужева. Он совершенно не стесняется своей семьи. Порой откровенно разглядывает меня.
— Ну что, — говорит Эмиль, поднимая бокал, — предлагаю выпить за то, что семья наконец в сборе. За то, что дом снова наполнен смехом.