— Я назову ее Осень.
Потом явились ещё двое, и один из них был выше всех, кого знал Финниган. А второй собрал часть братьев и увел в направлении оружейной лавки, и в этот момент Финниган смог разглядеть всех семерых, включая ещё одного откуда-то взявшегося черноволосого. Трое темно-рыжих, трое черных и один светлый, рыже-пшеничный, будто подкидыш. И все ростом на голову выше среднего парня в этих краях. Финниган помолился про себя, чтобы обошлось без неприятностей, хотя не рассчитывал давно уже, что Господь слышит голоса из этой дыры.
И поначалу казалось, что все обойдется. Трое рыжих прошли на второй этаж, самый первый подошёл, чтобы договориться о еде и расписаться в домовой книге, которую Финниган вел старательно и упорно, несмотря на цену чернил с бумагой. Задержал взгляд на настоящем стальном пере, задержал руку над страницей, вглядываясь в прежние записи — и вывел медленно, но твердо: «Мэглор сын Фаэнора и его братья». Тьфу, Фэйнора, прочитал Финниган правильно.
— Проходите, мистер Фэйнор, — сказал Финниган тихо, — я принесу наверх хлеба и воды. Не надо вам никому в зале сидеть. Мне проблемы с некоторыми посетителями не нужны, вам, наверное, тоже.
Этот Мэглор посмотрел чуть странно, но кивнул и поблагодарил, тоже этак книжно. И позже, когда из оружейного магазина вернулись ещё трое с чехлами, он сразу повел их к лестнице. Пшенично-рыжий и один из черноволосых уже поднялись наверх, и все могло бы обойтись, наверное, но в последний момент один из билловых людей, следивший внимательно за пришельцами, грохнул стаканом о стол и громко сказал:
— Смотри-ка, какие красавчики остроухие и длинноволосые появились в наших краях.
— Точно, — добавил другой. — А Финнегану как раз нужна красотка в салун. Работать.
И сделал неприличный жест рукой.
— Кому-то не нравятся длинные волосы? — обернувшись, спросил в пространство последний из черноволосых, не успевший ещё подняться наверх. На его щеках мелькнули красные пятна. — А я не люблю длинные грязные языки.
Финниган замахал ему руками из-за стойки, мол, иди и молчи, но было поздно. Четверо людей Билла были достаточно пьяны и самоуверенны, и теперь им дали повод.
— Ты смотри, наша красотка хорохорится! — воскликнул третий.
— А как она начнет петь, когда я буду ее объезжать! — снова вступил второй, и остальные захохотали.
«Началось» — тоскливо подумал Финнеган.
А в следующее мгновение черноволосый Фэйнор, только что стоявший у лестницы, оказался у стола. Неуловимо быстрый удар — и биллов парень грохнулся на пол, с силой треснулся головой о лавку, откатился к стене и скорчился там.