А через мгновение наступило возмездие уже погибшего флота. Первые заряды наконец добрались до конечного пункта назначения и вспыхнули, рассеиваясь на появляющемся в местах попадания сегментном щите. Но плотность энергии на квадратный метр была такой запредельной, что и щит неведомых создателей этого мешка не выдерживал, и часть плазмы все же добиралась до кольца. На поверхности орбитального сооружения то там, то здесь появлялись всполохи, сопровождаемые разлетом обломков. И казалось, что с каждым попаданием по кольцу энергетические плети свирепствовали все сильнее.
И пока они продолжали молотить уже по обломкам некогда грозного флота Элема, размочаливая их до состояния пыли, один очень большой кусок Основателя, тот самый, отсеченный в начале сражения, входил в атмосферу загадочной планеты, разваливаясь на куски.
Столетие спустя. Северные земли Беловодья.
Ночь медленно сгущалась, окутывая темным покрывалом обширную равнину, усеянную дикими травами. Неожиданно среди колышущихся от ветра стеблей появился тусклый огонек. С каждой секундой его свечение становилось все ярче и ярче, а к нему начали присоединяться и другие, рассыпаясь жемчужинами по окрестностям. И чем темнее становилось, тем их появлялось все больше. И вот уже тысячи, а может, и сотни тысяч светящихся горошин колыхались на ветру, будто отражение неба. И только по мерному покачиванию можно было точно понять, где земля, а где небесная высь.
Загадочная трава с небольшим шариком на конце стебля произрастала до самого подножья горной гряды, которая простиралась на добрую сотню километров. Горы выглядели так, будто кто-то одним махом срезал острые вершины исполинским ножом, оставив сверху практически ровные плато. Местами их высота достигала двухсот метров, и поэтому в темноте они казались черными громадинами, нависающими над равниной. Именно эта скальная стена являлась естественной преградой между человеческими землями и нейтральной полосой.
И хотя проходы через северные горы имелись, сюда редко кто хаживал даже в те времена, когда этот край был густо населен людьми. Все предпочитали обойти столь неудобное для караванов препятствие. А сейчас, когда южнее на сотни километров не было ни души, и подавно. Поэтому никто не мог разглядеть слабое красное мерцание в пещере, находящейся на одном из довольно пологих склонов.
Тусклый свет проявлял из темноты десятки кабелей внушительного диаметра, которые тянулись из пещеры и ниспадали по склону, на километры расходясь веером по равнине. И с высоты можно было хорошо рассмотреть черные пятна, как проплешины среди россыпи огоньков, где заканчивался каждый такой кабель. Но даже среди этих темных пятен изредка появлялось какое-то свечение, на мгновение подсвечивая шевелящиеся невнятные тени и чужеродные уродливые конструкции.