— Значит, она не спала, — возразил Ит. — Она была умной девушкой, больше скажу, тут, на «Велесе», дур и дураков нет. Вполне возможно, что спящей она только притворялась.
— И это кто-то понял раньше, чем мы, — закончил за него Скрипач. — Так, получается?
— Да, именно так. Понял, заманил в отсек, и расправился с ней.
— Угу. Натравив огромного робота с клешнями, — покивал Скрипач. — Ой, чуть не забыл. Тут, на «Велесе», нет роботов с клешнями. Кстати, тебе не кажется, что «Велес» начал оправдывать своё название?
— Не смешно, — покачал головой Ит.
— Это я так, от безысходности, — Скрипач вздохнул. — Конечно, не смешно, о чём ты вообще.
— Она действительно могла притворяться, — Ит нахмурился. — У многих из тех, кого мы знаем, очень силён инстинкт самосохранения. Не выделяйся, будь как все, чувствуй общее настроение, веди себя, как большинство, не проявляй инициативу, не делай необдуманных шагов, не будь ни слишком плохим, ни слишком хорошим. Если она действительно была такой, как я сейчас сказал, то это вполне укладывается в схему. Думать она могла иначе. Чувствовать иначе. Но при этом она не подавала вида, что поняла что-то, или в чём-то разобралась.
— Она одна из первых получила Тень, — вдруг вспомнил Скрипач. — Она и Зоя, если точно. Я вспомнил обсуждение, которое они устроили в столовой на второй день после аварии. Помнишь, ты мне рассказывал, как вы сидели вместе, и говорили? Аня ещё сказала, что спросила у Зои, как добраться до эпизода с пророком.
— Точно, — согласился Ит. — Разумеется, помню. И сейчас думаю, что она не спрашивала ничего у Зои, а дошла до пророка тогда сама. Но сделала вид, что не смогла, и пришлось просить совета. Умный ход, кстати. И снова мимикрия — не выделяйся, целее будешь.
— Девушка, хорошенькая, — с жалостью произнес Скрипач. — Тоже мне, угроза. За что с ней так?
— Берта тоже девушка, и очень даже хорошенькая, — напомнил Ит. — Но с её мозгами она была для Официальной службы на некоторых этапах нашей работы такой угрозой, что и в тюрьму сажали, и убить грозились. Забыл?
— Аня — это не Бертик, — покачал головой Скрипач.
— К счастью, — Ит опустил голову. — Я почему-то думаю, что Берту так заманить не получилось бы. Если только…
— Если только — что?
— Если только Аню не притащили туда силой, — сказал Ит. — Кто-то, кто сумел распознать в ней угрозу, каким-то образом доставил её туда, и от неё избавился.
— Она могла верить этому человеку, — тихо сказал Скрипач. — Или… или он мог ей приказать. Хотя на счет приказа я сомневаюсь. Вот сам подумай, по какой причине химик — Аня ведь была химиком — мог во внерабочее время пойти в этот отсек?