— И почему меня это вообще волнует? — спросила она пустоту. — Как я вообще оказалась во все это втянута?!
Ответа не было. Только на столе задумчиво молчала чашка остывшего вчерашнего чая, только печально смотрело отражение в зеркале — бледное, растерянное, с кругами под глазами. Полина смотрела на себя и не узнавала. Эта девушка, которая ревнует, злится, ждет, боится, — она ли это? Где та Полина, которая спокойно варила мыло, разговаривала с цветами и знала, что ни от кого ничего не ждет? И ничего не ждет от своей жизни… Что изменилось? Может, у нее появились амбиции, а с ними и желание стать законной женой миллионера? Хотя… миллионер оказался ее истинным. И, похоже, сказки не врали. Ни одна из старых сказок оборотней.
«Но ты ему не нужна, у него Лилия есть», — подумала Полина, понимая, что бессмысленно убеждать себя, что ее все это не касается. Она ревновала, и она хотела, чтобы Игорь принадлежал ей. Но он неизбежно отгораживался от нее.
Полина подошла к окну, раздвинула тяжелые шторы. Москва внизу только просыпалась — по набережной тянулись редкие машины, в соседних башнях элитного жилого комплекса загорались окна, где-то далеко сигналил грузовик-мусоровоз. Город жил своей жизнью, равнодушный к ее тревоге. Полина прижалась лбом к холодному стеклу и закрыла глаза. «С ним все будет хорошо», — прошептала она, но волчица внутри не унималась.
Телефон на тумбочке завибрировал, вырывая ее из размышлений. Полина взглянула на экран — Кони.
— Полинка, ты там как? Жива? — голос подруги был бодрым, но в нем чувствовалась какая-то напряженная нотка, которой Полина раньше не слышала.
— Жива. А что? — Полина села на кровать и откинулась на подушку, прижимая телефон к уху.
— Приснилось мне сегодня… — Кони небрежно хмыкнула, но как-то нервно. — Ну, в общем, ты будто в опасности. Я же экстрасенс хренов, когда дело касается близких. Но это не точно. Ты там поосторожнее сегодня, ладно?
— Кони, со мной все в порядке, — Полина попыталась улыбнуться, чтобы голос звучал увереннее. — Я в пентхаусе, под охраной. Телохранители, сигнализация, Игорь…
— Охрана охраной, а чуйку свою я слушаю. — Кони задумчиво примолкла, потом добавила: — Будь осторожна. И этого своего… альфу… приглядывай за ним. Мало ли. Может, это он в опасности? Ты же вчера была в его офисе? Ничего странного не заметила?
Полина замялась. Вспомнила, как Игорь сидел на диване, бледный, с мутными глазами. Как он отмахивался, говорил, что все нормально. Как уснул прямо в одежде, а она сидела рядом, смотрела, как он дышит, и не могла понять, почему ей так страшно.