Кони. Это была треклятая Кони. Хотя вряд ли именно она убила его мать, но она сражалась на стороне Лиги Фантомов! И как так вышло? Когда-то ее отец дружил с отцом Игоря, а потом… да какое это имело значение в тот день? Ничто не имело значения.
— Прости, — прошептала Кони, и дым сражения поглотил ее.
Игорь дернулся, открыл глаза и понял, что находится в гостиной. Полина сидела рядом и по-прежнему встревоженно смотрела на него.
— Игорь! Игорь?! Ну скажи что-нибудь… тебе плохо?
— Все хорошо, — сказал он, но голос его дрожал. Проклятый сон согнал эйфорию от близости его истинной, осталась только неприятная слабость во всем теле. Впрочем, она постепенно рассеивалась. Точно ее отогнал призрак прошлого: от накатившей волны адреналина сердце гулко забилось в груди, точно среди настоящего сражения.
Игорь дернулся и уверенно сел, затем посмотрел на фотографию матери, стоящую на столе в гостиной. Да… Она погибла в Измерении Могущества. И это была травма, которая заставила его перестать верить в истинную любовь. Ведь мать была истинной для отца, но магия истинности ее не защитила.
С тех пор он никому не позволял приближаться. Кроме отца. Кроме Яра. И теперь… эта девчонка с ее мылом и цветами. Оказалась его истинной. Так чему же он сопротивлялся? Боялся потерять ее также, как отец потерял мать? Но ведь у Полины не было боевой магии. Значит, и в сражениях ей не пристало участвовать.
— Ложись спать, — сказала Полина. — Проводить тебя до спальни?
Игорь только помотал головой. Глаза слипались, хотелось снова лечь и заснуть уже крепким сном до самого утра. Даром, что едва ли пробило девять вечера.
— Завтра будет новый день. Тебе станет лучше, наверняка. Мы все обсудим. Да? Правда?
Игорь только кивнул, не в силах говорить. Она ушла, и он остался один. Вскоре он и впрямь провалился в глубокий сон.
* * *
На следующее утро Игорь проснулся с тяжелой, но ясной головой. Впрочем, все еще казалось, что он плывет в туманном мареве. Или только казалось? Игорь бодро встал, легко собрался и поехал в офис. Как будто ничего необычно не происходило, никакой простуды тоже не началось. Возможно, накануне он просто достиг своего лимита: устал после всей этой беготни с передачей власти, свадьбой, покушениями и прочими неурядицами. Возможно…
Теперь Игорь сидел в кабинете, раздраженный, злой на себя. От цветов он избавился. Теперь на столе лежали бумаги, стоял монитор, дымилась чашка кофе. И рядом — небольшая вазочка с засахаренными ананасами.
Он машинально потянулся за одним, пожевал, не замечая вкуса. Показалось, ананасы немного успокоили. Или… снова погрузили в странное сонливое состояние? Игорь потер виски, отхлебывая кофе, глядя на ложку с «Ежиком в тумане», как на талисман.