«Да здесь человек сто! Едва ль не больше, чем на свадьбе», — подумала Полина, рассматривая пеструю толпу. В этот день особняк принимал не только оборотней и кланов, но также и магов, и даже обычных людей, которые верно служили Волковым-Борейским.
Это был день предельного единения, напоенный ароматом цветочных гирлянд, которые не без помощи Полины украсили колонны и балюстрады особняка, создавая неповторимую атмосферу уюта. Да в этот день, несмотря на многочисленную компанию, все ощущалось по-семейному уютным: в камине потрескивали дрова, люстры ярко переливались начищенным хрусталем, отражая весело смеющиеся лица гостей. За окнами уже стемнело, но внутри, среди своих, было светло и спокойно.
Полина сидела рядом с Игорем, сжимая его руку под столом, и чувствовала, как колотится сердце. Все-таки она волновалась, кажется, только теперь понимая: она — хозяйка этого имения и хозяйка вечера. А перед ней сидели убеленные сединами старейшины кланов, дальние родственники, сильнейшие маги Отдела.
К счастью, Полине не предстояло говорить пафосных речей. Вместо этого, когда все расселись, слово взял Борис Всеволодович, вставая из-за стола.
После выписки из больницы он все еще был бледен, все еще опирался на трость, но глаза его горели — тем же огнем, что и у Игоря. Старый альфа медленно обвел взглядом собравшихся, задержался на каждом лице, будто проверяя, кто готов поддержать его решение. И остановился на Полине.
— Знакомьтесь, — торжественно и твердо начал он. — Это Полина. Моя невестка. Истинная моего сына. Сильный маг. Сначала мы думали, что у нее нет дара. И я знаю, что некоторые из вас шептались за моей спиной о том, что мой сын, мол, взял в жены «неровню», мол, женился фиктивно. Я даже знаю, кто распускал эти слухи! Все виновные наказаны. Теперь, в Измерении, вы видели правду! Полина спасла мне жизнь. Она полноправный член клана Волковых-Борейских. Есть ли среди вас несогласные? Если есть, можете покинуть мой дом. И больше не возвращаться.
Полина и не знала, что кто-то о ней шептался за спиной, но теперь нервно ждала подозрений со стороны других оборотней. Но все молчали, только в камине потрескивали дрова.
Несколько престарелых глав кланов — медведей и котов — стыдливо насупились. Они-то ничем особым не отличились и на битву в Измерении пришли едва ль не последними.
Кто-то из старейшин переглянулся с соседом, кто-то опустил глаза в тарелку, кто-то сделал глоток из бокала, чтобы скрыть растерянность. Один из дальних родственников Игоря по материнской линии, дородный мужчина с густой бородой, начал подниматься, но Борис Всеволодович посмотрел на него — и тот сел обратно, не проронив ни слова.