— Убили! Ой, убили её совсем!
Сегодня ночью будет ещё одна прода — не пропустите!
Я бросился в сени. Споткнулся о попавшее под ноги ведро, и оно загромыхало по ступенькам. Зимний морозец обжёг голые плечи.
Теперь стучали в дверь.
Да какого чёрта?
Я откинул крючок и толкнул забухшую створку. Собаки, услышав скрип двери, залаяли громче, яростнее.
— Кто здесь?
— Убили!— причитала невысокая фигура, замотанная пуховым платком поверх фуфайки. — Насмерть загрызли, звери!
В руках фигуры была знакомая палка с кривой ручкой.
— Баба Таня, это вы? Что случилось?
— Андрей! — запричитала баба Таня и тяжело качнулась ко мне. — Найдочку мою убили!
Не больше секунды мне потребовалось, чтобы хоть что-то сообразить.
— Так. Заходите в дом!
Я босиком выбежал на снег, подхватил баб Таню под локоть и почти потащил её в дом.
— Осторожно, ступеньки! Не споткнитесь!
Палка глухо стукнула по косяку.
— Ох, погоди! Не могу!
Баба Таня привалилась к стене, тяжело дыша.
— Насилу добежала до тебя! — неровно, с паузами выговорила она.
— Идёмте в дом!
Босые ступни невыносимо жгло холодом.
Я открыл дверь, схватил бабу Таню подмышки и втащил на кухню. Опустил её на стул.
— Сидите!
Катя, уже одетая, стояла в дверях комнаты.
— Что с ней?
— Не знаю. Может, сердце. У неё собаку убили!
— Андрей, мою сумку, быстро!
Я метнулся в комнату, нашёл Катину сумку, которую она так и не успела разобрать с вечера, и быстро вернулся в кухню.
Катя придерживала старушку за плечи.
— Внутри аптечка. Найди в ней нашатырь!
Чтобы не терять времени, я вытряхнул содержимое сумки на пол. Зазвенела мелочь, покатилась под стол помада. Коробочка с тенями упала на пол и раскрылась, выбросив лёгкое облачко фиолетового порошка.
Ага!
Я увидел мягкий футляр на молнии и рисунком красного креста. Он был похож на автомобильную аптечку. Собственно, ею футляр и являлся.
Я расстегнул молнию, и из футляра немедленно выпал ворох блистеров для таблеток. Блистеры не рассыпались только потому, что Катя заранее перетянула их резинкой.
На самом дне футляра я отыскал стеклянный пузырёк с надписью «Нашатырный спирт» и протянул его Кате.
— Вату!
От плотно скатанного рулона я оторвал клочок ваты. Катя быстрым движением открыла пузырёк, щедро капнула из него на вату. По кухне распространился резкий запах нашатыря.
Катя сунула вату под нос бабе Тане.
— Нюхайте!
Старушка, всхлипывая, послушно втянула воздух.
— Голова кружится, — еле слышно сказала она. — Прилечь бы!
— Андрей, помоги! — попросила Катя.