— Ух, красота! — выкрикнул я, поднимая тучи брызг. — Катя, иди сюда!
Катя наклонилась и расстегнула босоножки. Затем через голову стащила с себя платье и осталась в красном купальнике.
До чего же она красивая!
Дыхание у меня снова перехватило.
Потрогав ногой воду, Катя крикнула мне:
— Холодно!
— Ничего, — ответил я. — Здесь теплее!
Решившись, Катя зашла по пояс и с визгом бросилась в воду. Быстро подплыла ко мне и брызнула водой в лицо.
— Обманщик! Здесь ещё холоднее, чем у берега!
Некоторое время мы плыли плечом к плечу против течения. Затем я почувствовал, как пальцы ног замерзают.
— Выходим!
Я нащупал ногами каменистое дно и протянул Кате руку. Держась за руки, мы побрели к берегу.
— Держи!
Катя протянула мне полотенце.
— И отвернись — мне надо переодеться!
Я послушно отвернулся. Растёрся полотенцем до красноты и почувствовал необычайную свежесть и бодрость во всём теле.
Хорошо-то как, а!
Прыгая на одной ноге, натянул брюки и накинул рубашку, чтобы согреться.
— Можешь поворачиваться!
Катя, подбирала намокшие волосы и улыбалась.
— Хорошо, правда? Только холодно.
— Это ещё что, — усмехнулся я. — Помню, в детстве мы купались в апреле, на День Космонавтики! Только-только лёд сошёл.
— Сумасшедшие! Как же вы решились?
— Так нам по двенадцать лет было. Развели костёр побольше, и давай нырять! Минуту плаваешь — полчаса греешься. И губы — синие-синие!
Катя рассмеялась.
— Мальчишки!
— Ещё какие! — довольно улыбнулся я.
— Андрей, Катя!
Мы обернулись.
По тропинке в нашу сторону бежал Дмитрий Николаевич. Археолог размахивал руками и звал нас. Мы встревоженно замерли.
— Андрей, вы на машине?!
Дмитрий Николаевич добежал до нас и, тяжело дыша, схватился за правый бок.
— Да. Что случилось?
— Идёмте скорее! Один из рабочих упал с лесов! Нужна ваша помощь!
Молодой парень в синей майке и грязных брюках сидел на земле, прижав правую руку к груди. Так раненый зверь поджимает простреленную лапу. На конопатом лице парня выступили крупные бисерины пота. Свалившаяся с головы кепка валялась на земле. Рядом лежало ведро с наполовину вытекшим густым раствором извести.
— Как это случилось? — спросил я.
Но Катя не дала мне договорить. Она опустилась на колени рядом с парнем и осторожно, но решительно взяла его руку.
— Я врач. Покажите!
Парень застонал от боли и побледнел.
Катя быстро ощупала его предплечье, которое уже начало опухать.
— Перелом, возможно, сложный. Нужен рентген и гипс. Ещё что-нибудь болит? Головой не ударились? Спиной?
Парень помотал головой.
— Нет, — через силу ответил он. — Здесь невысоко. Я просто оступился на лестнице.