В своей интерпретации падения восточноевропейского коммунизма Хабермас показал себя крайним левым последователем Ф. Фукуямы, молчаливо признавая, что существующий либерально-демократический порядок является наилучшим из возможных и что, хотя мы должны стремиться сделать его более справедливым и т. д., мы не должны оспаривать его основные предпосылки. Вот почему он приветствовал именно то, что многие левые считали большим недостатком антикоммунистических протестов в Восточной Европе: тот факт, что эти протесты не были мотивированы какими-либо новыми представлениями о посткоммунистическом будущем. Как он выразился, Центральная и Восточная европейские революции были как раз тем, что он называл «исправлением» или «наверстыванием упущенного» революции: их целью было дать этим обществам возможность получить то, чем уже обладали западные европейцы, то есть вернуться к западноевропейской нормальности. Однако, хотя протесты в Гонконге могут показаться подходящими под эти рамки, продолжающаяся волна протестов в разных частях мира, как правило, ставит под сомнение именно эти рамки – и именно поэтому такие фигуры, как «джокеры», сопровождают их. Когда движение ставит под сомнение основы существующего порядка, его базовые нормативные основы, добиться просто мирных протестов без актов насилия практически невозможно…
И, в заключение, обратимся к фильму: изысканность «Джокера» заключается в том, что в сюжетной линии фильма отсутствует решающий переход от стремления к саморазрушению к «новому желанию» (Мур) в рамках освободительного политического проекта: нас, зрителей, просят заполнить этот пробел.
P. S. Фрагменты этого текста уже есть в Сети. Я благодарен онлайн-изданию The Philosophical Salon за его готовность опубликовать целую версию, которая рассеивает многие заблуждения, порожденные опубликованными порознь фрагментами.
Однажды поздно вечером Артур Флек едет в Готэмском метро и становится свидетелем того, как трое пьяных мужчин в костюмах пристают к молодой женщине. У Артура начинается приступ смеха, и мужчины поворачиваются к нему. Они нападают на Артура, но он недавно стал носить с собой оружие. Он убивает людей, преследуя последнего из них, в то время как тот пытается сбежать. Когда Артур появляется в шоу Мюррея Франклина в образе Джокера, он признается в убийствах:
«На мой взгляд, произошедшее – хорошее событие. Вы все, Готэм [252] , <…> вы решаете, что хорошо, а что плохо. Точно так же вы решаете, что смешно, а что – нет <…> Я убил их, потому что они были ужасны. Все ужасны в последнее время <…> Почему все так распереживались из-за них? Если бы я умирал на тротуаре, вы бы перешагнули через меня. Вы каждый день меня не замечаете. А эти парни? Что, из-за того, что Томас Уэйн поплакался о них по телику?»