Он сделал паузу, внимательно изучая мою реакцию, прежде чем задать вопрос, который явно беспокоил его:
— Убьёшь теперь? Я видел, на что ты способен.
В его голосе не было страха — скорее, профессиональный интерес человека, готового принять последствия своих действий. Он не просто передал нужную информацию, а продал её. Такова его натура, и Клаус не собирался извиняться за это.
— Я? — хмыкнул, позволив себе лёгкую улыбку. — Зачем мне лишать себя союзника и члена рода? Ты поступил логично. За что мне тебя винить? Выполнил то, что просил, а твои бонусы… Они лишь твои.
Я видел, как удивление расширило его зрачки. Клаус явно ожидал другой реакции. Вор открыл рот, но слова не шли.
— Ладно, возвращайся в особняк, — махнул ему рукой, показывая, что разговор окончен. — Я буду… завтра к вечеру.
Развернулся, собираясь уходить, но Клаус остановил меня:
— Уверен, что выживешь? — бросил в спину.
В этих словах было и сомнение, уважение, и что-то вроде заботы. Ровно настолько, насколько вор вообще способен заботиться о ком-то, кроме себя.
— Да! — повернулся и оскалился, вкладывая в этот оскал всю свою уверенность, всё то, что делало меня Магинским.
Клаус тут же поморщился и сжался, как будто увидел перед собой не человека, а хищника. Его инстинкт самосохранения сработал мгновенно. Тело отреагировало раньше, чем разум. Это было… приятно. Видеть, как даже такой закалённый преступник реагирует на мою ауру.
— Есть ещё одна информация, — остановил меня вор, когда я снова развернулся, чтобы уйти. — Я заплатил за неё всё, что получил.
Это заинтриговало. Триста миллионов… Клаус только их заработал и тут же с ними расстался?
— Интересно… — протянул, поворачиваясь обратно.
Бах поведал мне весьма захватывающую историю о нашем новом знакомом — Казимире. Его слова сыпались быстро.
История оказалась действительно ценной. Такой информацией можно было не только шантажировать, но и полностью уничтожить человека. Даже не представляю, как у вора всё это получилось за несколько часов с телеграфом. Профессионал… Триста миллионов он заплатил за один секрет, который я могу использовать. Признаться, Клаус удивил меня. Он потратил свои честно заработанные — если это слово вообще применимо к ворам — деньги, чтобы помочь мне.
Почему-то сомневался до последнего, рассказывать или нет. Я видел это колебание в его глазах, в том, как нервно дёргался уголок рта.
Мы разошлись. Уже двинулся к месту нашего сбора с ребятами, прокручивая в голове полученную информацию и встраивая её в свой план. Казимир… Теперь у меня есть козырь, которого он не ожидает.