— Зачем я эту бандуру тяжеленную схватил? — отдуваясь, пробурчал он на ходу, хмуро поглядывая на «Шершня». — Оставить его здесь, что ли? Нет, нельзя.
Действительно, плазменный гранатомет, успевший доказать свою высочайшую эффективность, мог стать отличным решением всех проблем и в стычке со стоящим на крыше ангара конвертопланом. Один-два заряда в кабину или плоскость крыла и все. Уже никто никуда не полетит. А что там в итоге получится, Март пока и сам даже не подозревал. Никакого плана, главное было просто поскорее добраться до врага. А там видно будет.
— А серьезная у рахдонитов химия… стильная, модная и молодежная… Прямо второе дыхание включила. Интересно, какая у этой волшебной пилюли обратка и есть ли вредные последствия? Слышь, комм, чем мне грозят вколотые дозы?
— Концентрация активных веществ в пределах нормы и опасности для организма не представляет.
— Не очень понятно, зато позитивно. Ладно, поживем-увидим.
Пройдя за минуту[1], шесть из одиннадцати лестничных маршей и перевалив за середину, Март вспомнил сценку из второго «Брата». Для поднятия настроения принялся негромко повторять, то и дело поглядывая на экранчик комма, который продолжал упорно транслировать картинку с неподвижно стоящим конвертопланом черных:
Я узнал, что у меня
Есть огромная семья:
И тропинка, и лесок,
В поле — каждый колосок!
Речка, небо голубое —
Это все мое, родное.
Это Родина моя!
Всех люблю на свете я! [2]
Вспомнилось про Розу.
— Комм, у тебя еще есть связь с браслетом Бакановой?
— Да.
— Как там показания? Не очнулась еще?
— Без изменений. Негативной динамики нет. Она все еще без сознания.
— Быстренько раскидаемся с импами и вернемся за ней в энергоблок.
Принятое решение еще больше подстегнуло его темп восхождения. Или виной тому были мудреные вещества в крови? Добравшись до нижнего уровня надстройки, Вахрамеев все же не без облегчения выдохнул. Сорокапятиметровая лестница его почти доконала. Оставалось подняться еще на один этаж, и вот она — взлетка.
Теперь можно было не спешить. Мгновенно сняться и уйти с остывшими движками пилоты технически никак не могли. Отложив в сторону «Шершня» и сняв патронташ, он дал себе тридцать секунд передышки и в это время еще раз внимательно изучил, что показывали камеры.
Приземлился борт кормой к горловине лестницы, ведущей вниз. Аппарель десантного отсека до сих пор оставалась открытой, очевидно, в ожидании панцерегерей. Пилоты в полной готовности сидели на своих местах. Подробностей их оснащения видно не было, но судя по всему, ни о каких БСК речи там не шло. Стандартные СИБЗ[3]. Стильно выглядящие ЗШ[4] и темные, в серых разводах плитники[5]. Да и оружия в руках не заметно. Вражеские летуны допустили как минимум один просчет. Правак[6] должен был взять автомат и занять позицию, ведя наблюдение и контролируя обстановку. Но видимо дойчи оказались или не пуганные, или слишком в себе уверенные. Что особенно странно после того, как он сжег совсем недавно их напарников.