— Я понял, Борис Альбертович, — сказал я. — Ваше замечание было абсолютно справедливым, я принимаю вашу рекомендацию и думаю, что так мы и сделаем. Только я сейчас не готов конкретно сказать, где именно будут эти группы. Например, в той же центральной области России лучше взять Ивановскую или Тверскую область?
— Я это прекрасно понимаю, — кивнул Терновский. — Поэтому ты сейчас возвращайся в эти свои… Норки…
— Не Норки, а Морки.
— Да хоть в Тегусигальпу, столицу Гондураса, — буркнул Борька. — Выбирай референтную группу и начинай на них проводить пилотный этап исследований. А заодно продумывай, какие еще надо брать регионы. Потом приедешь ко мне с первыми результатами и обоснованием, почему именно тот или другой регион. И мы это все дело обсудим, а там тоже запустим исследования.
— Но я же не разорвусь на пять–шесть кусков, — задумчиво сказал я.
— На десять, — поправил меня Борька.
— Тем более на десять.
— Ничего. У меня достаточное количество аспирантов в разных уголках нашей необъятной Родины. Мы выберем тебе группы, а они будут на этих группах параллельно делать свои исследования. Ты только поставишь свое исследование, а они помогут тебе проконтролировать результаты.
— Интересно, но это ведь уже почти докторская получается, — ошеломленно почесал затылок я.
— Ну а почему бы и нет? — посмотрел на меня, прищурившись, Борька. — Да, мы делаем кандидатскую диссертацию. Но с тем, чтобы потом продолжить ее как докторскую. А ты что, думал, что тяп-ляп у меня что-то там сделаешь, а потом к Петрову-Чхве переметнешься?
Опачки! Я чуть не хрюкнул от смеха. Информация о нашем разговоре с Петровым-Чхве просочилась и уже дошла до ушей Борьки. Интересно, не сам ли Петров-Чхве ему это сообщил? Ведь тогда, кроме нас двоих, других свидетелей разговора не было. Этот вопрос тоже еще нужно обдумать.
— И теперь ты понимаешь, что закрутил целую бучу, — сказал Терновский, резко перейдя от вопроса с моей диссертацией на вчерашние проблемы. — А знаешь, что Лысоткин с Михайленко, когда ты позорно сбежал с конференции, напали на меня в кулуарах и орали так, что еле-еле нас растянули. — Борька посмотрел на меня немного обиженно и оскорбленно оттопырил губу, мол, гад такой, бросил руководителя на растерзание этим докторишкам.
— Я уверен, вы вполне можете отбиться от них обоих сразу, — пожал плечами я, так как прекрасно знал возможности своего бывшего ученика.
— Тебе бы все паясничать, — без тени усмешки сказал Борька и покачал головой. — А я сейчас говорю совершенно серьезно. Это все не просто так. Лысоткин очень мстительный тип, а Михайленко и подавно. Ты в курсе, что он мечтает стать попаданцем с гаремом? Стра-а-а-ашный человек!