— Да как же⁈ — аж побледнела Марина. — Если меня застукают, выгонят из аспирантуры.
— Ты же говорила, что на все способна, — напомнил я.
Глаза Марины налились слезами и стали размером с циферблат Тораццо Кремоны.
— Не переживай, — успокаивающим тоном сказал я. — Сделаешь так: возьмешь эти листы и где-нибудь спрячешь на себе. У тебя же, смотри, пиджак оверсайз, юбка длинная.
— Может, под юбку? Или в сапог засуну, — сказала Марина. — Их же мять можно?
— Можно, — кивнул я.
— А если меня застукают, что я скажу?
— Легко отмажешься, — ответил я и дал ей флешку. — Скажешь, что это я передал презентацию доклада Терновскому, ты зашла отдать, а Терновского не было, а ты торопилась по своим делам и решила флешку положить ему на стол. Вот и все.
— Отлично, — с облегчением улыбнулась Марина. — Сделаю. А как ты выманишь Терновского?
— Это уже мое дело. Когда закончишь, пришли мне на телефон смайлик, и я буду знать, что можно его отпускать. Только поторопись, пожалуйста.
— Хорошо, — кивнула Марина и спряталась в коридоре за кадкой с фикусом.
А я заглянул обратно в кабинет и сказал:
— Борис Альбертович, можно вас на минуточку?
— Да что тебе надо? Говори, — нахмурился он. — Времени мало. Я и так ничего не успеваю.
— На одну минуточку буквально. Вы же все равно, наверное, хотите кофе выпить, так давайте я вас угощу кофе и кое-что расскажу.
— А почему нельзя кофе принести сюда и рассказать мне здесь?
Я отвел глаза и еще раз упрямо произнес:
— Пожалуйста…
— Ну ладно, — с тяжким вздохом он встал. — Но если это какая-то ерунда, — хмуро буркнул он, — ты очень сильно пожалеешь, Епиходов.
— Борис Альбертович, я разве давал вам повод усомниться в себе?
Терновский посмотрел на меня воспаленными глазами, но в его взгляде читался скепсис.
— Пока не успел, — хмыкнул он.
Мне сейчас было не до физиогномических задач, поэтому я провел его в соседний коридор, где был автомат с кофе. И услышал, как за спиной пулей юркнула в кабинет Марина.
Я угостил Терновского кофе. К моему счастью, автомат работал крайне медленно.
— Ну, что там? — проворчал он.
— Вы знаете, я вам не хотел в кабинете говорить, потому что, может, и прослушивающее устройство у вас там…
— Что⁈ — взревел Терновский, потом схватился со страдальческим видом за голову.
— Я уже ничему не удивлюсь, — ответил я. — Сами же видите, все равно вам нужно немножко взбодриться. Так вот, вопрос такой: вы знаете, что я на днях встречался с Ириной?
— Какой Ириной? — не понял Терновский.
— Епиходовой.
— Да ты что… — прищурился он. — А зачем?
— Она пыталась выяснить, какие материалы отдавал мне покойный Сергей Николаевич, и забрать обратно.