Поэтому-то Гынхо и попросил Чона приехать.
Парень приехал спустя пять минут, захлопывая двери и ёжась от холода. Он выглядел сонным, так и хотелось спросить, всё ли с ним в порядке. Но Гынхо знал, что ответа не дождётся, как и ответов на множество других вопросов.
— Что у тебя? — кивнул на людей в лодке Чон.
— Товар. — Опережая «твою мать, хён, мог бы и предупредить», Кан поднял ладонь. — Я положу всё в багажник и прикрою. Всё пройдёт нормально. Просто отвези меня в Итэвон, я сам встречусь с остальными.
Вонсок говорил, что те криминальные авторитеты, лишь чудом не успевшие изнасиловать Даяну и Миён, как раз из Итэвона. Мингю напрягся, но послушно завёл машину, когда контрабанда была в багажнике, а Гынхо в салоне. Хотя хотелось срочно высадить друга, сказать, мол, извини, не могу тебе помочь, вспомнил, что у меня жена рожает, и уехать. Правда Кан знал, что жены у друга нет.
Напряжённое молчание царило в машине. Мингю бил пальцами по рулю, стоя на светофоре и дожидаясь нужного сигнала. При появлении полицейских он и глазом не повёл — Чон всего лишь законопослушный гражданин, тачку которого надо бы подкрасить.
В районе Итэвона, как ни странно, тихо. Гынхо высадился у какого-то маленького ресторанчика, натягивая капюшон куртки на голову, и спешно забрал две спортивные сумки. Что там, запрещённые к ввозу лекарства или же оружие, Чон не знал. Мингю, вмиг перестав быть законопослушным гражданином, развернулся через сплошную, показывая средний палец водителю, который засигналил ему. Чон устал. Чон хотел послать всё и просто отоспаться. Но домой нельзя — отец будет использовать его как грушу для битья, поэтому оставался лишь один вариант.
Кажется, Вонсок там говорил, что он может посетить клуб в любое время? Пора, значит, воспользоваться связями, чтобы просто банально поспать.
* * *
Вонсок готов был уже стянуть штаны с девушки, как телефон на столе завибрировал. Вздыхая так, будто его отвлекли от чрезвычайно важного дела, Чон всё же расстегнул ремень девушки и, встав с дивана, прошествовал к столу.
— Раздевайся. — Парень раздражённо ответил на звонок. — Что надо?
— Хён, не груби. — Уставший голос по ту сторону трубки совсем не порадовал хозяина клуба. — У тебя есть место, чтобы поспать?
— В гримёрке стриптизёрш, — сбросив вызов, Вонсок поставил телефон на беззвучный режим и развернулся к Чихо. Она была хороша, даже несмотря на то, что помада размазалась по её щекам, а взгляд будто затуманился.
Чон Вонсок умело пудрил мозги, умело манипулировал девушками и их желаниями. Поэтому просто заставил Даяну сесть на свои бёдра, медленно снять с себя одежду и целовать, теряться в ласках, в еле слышных вздохах, нежных, будто крылья бабочек, касаниях пальцев. Чихо хотела остановиться, честно, хотела остановиться. Но не смогла. Просто не смогла прерваться, чувствуя возбуждённую плоть под собой. Хотел. И она хотела.