— Согласен. — Девушка элегантно закончила выступление и легко, слегка насмешливо, поклонилась, устремляясь за кулисы, так и не раздевшись, как того желали гости. — Она всегда такая?
— Какая? — Хитрый взгляд, которому Вонсок научился у танцовщицы, буквально прошиб младшего, заставил отвести взгляд и в задумчивости лизнуть незажившую ранку на губе.
— Как бы объяснить… — парень был растерян и не мог подобрать слов, — она просто создаёт ореол самоуверенной девушки. Дрянная Даяна такой и является?
— Хочешь узнать, какая она за кулисами? — Вонсок вновь улыбнулся, более широко и открыто. Он в каком-то смысле любил своего младшего брата-кузена, желал ему всего лучшего, но ничего не делал, чтобы это самое «лучшее» ему досталось. Клуб тоже собирался с нуля, танцовщицы набирались никакие, ничего готовенького не было, кроме, пожалуй, хорошей охраны, которая состояла из друзей Вонсока, и вполне здравых амбиций. Как урвал хорошее место в городе — до сих пор не понимал. Удача, не иначе. — Хочешь воспользоваться своим VIP-статусом и побыть наедине с самой лучшей танцовщицей Сеула?
— Ну, не Сеула… всё равно до некоторых особ не дотягивает, — бормотал Мингю, идя следом за братом. Вонсок нахмурился и даже слегка оскорбился, ведь считал Даяну не хуже остальных стриптизёрш Сеула. Как же он ошибался. Есть те, кто лучше. Просто надо учиться видеть дальше насиженного места. — Хён, скажи, можно будет поработать на тебя некоторое время? Мне срочно нужны деньги.
— Вышибалой хочешь быть? — Чон-старший смерил взглядом младшего, обернувшись. Он до сих пор чувствовал обиду из-за того, что Мингю не хотел признавать Даяну лучшей. — Ну… это уж если Соджун согласится тебя взять, я тут не властвую.
Парни прошли до тесного коридора в тишине, и уже потом, находясь не в толпе, не в толкучке, а в относительно свободном пространстве, Мингю помялся, да всё же выдал, понимая, что терять ему больше нечего:
— Любая работа, мне не важно, какой она будет. Я чувствую, скоро просто уеду вместе с мамой и Хёнгу куда-нибудь подальше от отца. Я устал. Либо же всех брошу на произвол судьбы, и тогда папа будет вымещать свою злость на маме или, что во много раз хуже, на Хёнгу.
Вонсок остановился и облизнул губы. Сзади послышалось невнятное бормотание — это Мингю врезался в старшего брата из-за невнимательности. Молод ещё Мингю для всех этих разборок, молод для такого побега из дома. У него есть хобби, за которое ему даже платят. Хотя, если так посудить, любое хобби, которое оплачивается — это уже работа, рутина. Но чем тогда для Мингю гонки по улицам будут отличаться от работы на Вонсока?