— Выходишь в город — тебя сопровождает охранник. Тут на каждую проститутку амбал, но придерживайся правил, что я тебе сказала. — Легко отпустила, будто и не было немного угрожающего тона и её цепких пальцев на локте. — С этими парнями не заигрываешь, не спишь, не целуешься, в общем, они должны быть просто мебелью рядом, но при опасности убьют любого, кто покусится на тебя, а ты сама не убежишь от него, имей в виду.
— Я поняла.
— Твоего зовут Сонджэ, веди себя с ним хорошо. Он уже ждёт тебя за дверью. Так что можешь идти по своим делам.
Снова какой-то безликий парень, который будет «защищать». А если Даяна устала от этой защиты? Если она уже буквально жить устала, потому что стерва-жизнь подталкивает её к краю, пихает испытания, заставляет срывать одну за одной маски с лица и пытаться выжить? Казалось, был даже выход из положения — смерть. Но не хотелось. Только-только стала нормально общаться с матерью, а Мингю…
Мингю!..
Дура! Сломала и выкинула сим-карту, и теперь он не сможет ей позвонить. А она не могла, потому что банально не помнила наизусть его номера. Такое ведь происходит только в сопливых романах. И, к сожалению, жизнь Даяны никак не была похожа на сопливый любовный роман.
* * *
Сонджэ был редким молчуном, который не действовал на нервы, но хотелось его растормошить, как-нибудь сделать так, чтобы он среагировал. Чихо не любила таких парней — сама предпочитала молчать, слушая, но никак не болтать. Только губы поджимались от молчания, и девушка даже не знала, как обращаться к парню: то ли «оппа», то ли самой назваться «нуной».
— Я схожу к маме, — Сонджэ кивнул, — и вернусь через пять минут.
Но, казалось, она останется там надолго. Ну, немного дольше, чем пять минут, побудет с мамой. Постарается не плакать. Просто возьмёт некоторые запасные вещи и снова уйдёт. Мама, конечно же, не дура, сама догадается, что с дочкой не всё хорошо, но явно не будет расспрашивать.
Стоя перед дверью материнской квартиры, Даяна вновь вздохнула, потёрла поясницу и позвонила в дверь. Женщина открыла быстро, будто караулила, и её дочь сдержала слёзы, глядя на счастливое лицо матери. Да, она ещё ничего не знала. А если узнает, что будет? Неизвестно, да и, в принципе, какая разница? С одной стороны, Чихо вполне себе взрослый человек, но она всегда останется для мамы дочкой, которая говорила, что из её отношений с Вонсоком ничего не выйдет. И она была права, сто тысяч раз права.
Мама уже тогда видела, что Чон — прогнивший насквозь козёл. Чихо же этого в упор не замечала.
— Я пришла за некоторыми вещами, надо на работу в качестве сменной, а я ухожу потом на смену, — быстро протараторила, проходя мимо женщины. — Так что точно до утра не жди. Спокойной ночи.