Олег был ещё занят работой, ему нужно было проконтролировать вывод звездолёта в спящий режим, а я откинулся спинку кресла и развернулся на нём, чтобы тут же встретиться глазами с пассажирами.
— Спасибо за прогулку, — Анастасия успела встать с места, Дима подскочил вслед за ней, — а главным образом за всё то, что перед нею было. Рада и за вас, и за себя, и за Кэлпи, за Кэлпи вот особенно. И ещё — надеюсь, сегодняшнее это ваше мероприятие испытаниям не помешает? У меня, знаете ли, и на вас, и на этот корабль большие планы, откладывать их даже на день не хотелось бы.
— Никак нет! — я задумался на секунду, но не над вопросом, а над тем, как с ней в таких случаях общаться, и не придумал ничего лучше уставных ответов, ведь все начальственные сомнения лучше всего рубить именно ими, причём делать это надо весьма напористо, лихо и придурковато, очень уверенно глядя при этом в переносицу руководству стеклянными рыбьими буркалами, а то чего это она.
— Тогда до вечера, — лицо Анастасии не изменилось, лишь промелькнула какая-то непонятная усмешка в глубине глаз, и она повернулась к стоявшему позади неё Диме, — а ты останься, пожалуйста. С коллегами познакомь, традиции эти наши, если только они у нас есть, объясни, как раз до вечера и управитесь. Хорошо?
— Так точно! — отрапортовал Дима, очень ему всё это понравилось, — будет исполнено! В точности! Разрешите выполнять?
— Вот над уставными ответами тебе надо бы поработать, — чуть задержавшись на площадке вызванного лифта, заметила ему она, — если уж что-то делаешь, делай всерьёз, фарс мне здесь не нужен, а у тебя именно он и получается. Понятно?
— Да, — уже по-простому ответил он, проводив начальницу глазами вниз, — понятно. — А потом добавил вполголоса, так, чтобы она уже не услышала, словами Олега, — и даже больше, чем наполовину.
Бросив взгляд на показания бортовых часов, я невольно удивился, ощущение времени снова меня подвело, было всего лишь два часа пополудни, а показалось, что целый день прошёл и уже наступил вечер. Но такое со мной и раньше было, да и не со мной одним, в бою было, вот смотришь при отходе от цели и общем сборе на циферблат в полной уверенности что несколько часов прошло, если вообще не целая жизнь, а там всего лишь плюс десять-пятнадцать минут к тому, что показывали часы перед атакой — очень меня это в первый раз удивило, но я это осознал и запомнил, чтобы не удивляться в дальнейшем, а вот сейчас так не получилось, сейчас я снова потерялся во времени, да и немудрено.
— Кэлпи, — дождавшись паузы в её общении с Олегом, позвал я нашего третьего члена экипажа, хотя, наверное, лучше называть её не третьим, лучше называть её основным, — ты когда освободишься?