Такой, что воздух вокруг меня задрожал.
Магия рвалась наружу — требовала крови, разрушения, мести.
Я медленно протянула руки. Взяла куклу из рук Вайлет — осторожно, нежно, как живое существо.
Холодная. Лёгкая. Потрёпанная. Но для Вайлет — драгоценность.
Прижала к груди бережно.
Смотрела на Вайлет долго — в её заплаканные глаза, в её отчаяние.
Затем наклонилась — насколько могла.
Прошептала — так тихо, что гости не услышали:
— Я защищу. Обещаю. Скоро. Держись.
Вайлет всхлипнула тише, но с облегчением. Кивнула — маленький, дрожащий кивок надежды.
Я выпрямилась. Отдала куклу обратно — медленно, неохотно.
Вайлет прижала её к груди снова. Попятилась. Ушла за кулисы.
Я смотрела ей вслед — пока она не исчезла в темноте.
Затем повернулась к актёру-«Териону».
— Вы… действительно хотите мира?
Он кивнул решительно. Положил руку на сердце:
— Клянусь. Я остановлю войну. Любой ценой. Даже если придётся запечатать братьев. Лишь бы страдания прекратились.
Я смотрела долго. Гости затаили дыхание. Секунды тянулись — пять, десять, пятнадцать.
Затем я медленно кивнула.
Повернулась к актёрам-Вега вокруг:
— Мы поможем.
Пауза. Взгляд вернулся к «Териону»:
— Запечатаем тех, кто не может обуздать ярость. Принесём мир.
Голос стал жёстче — я смотрела не на актёра, а в зал:
— Но клянитесь — больше никогда войны.
Актёр-«Терион» упал на колени снова — от благодарности, облегчения. Склонил голову так низко, что лоб почти коснулся моих ног:
— Клянусь!
Свет стал золотым, тёплым. Музыка сменилась — торжественная, но с нотками грусти.
— Терион убедил Вега. Его благородство. Его боль за смертных. Тронули даже их холодные сердца.
Музыка стала драматичнее, напряжённее. Барабаны били медленно — как похоронный марш.
Актёры-Вега подошли к застывшем богам. Один — высокий, в центре — достал ритуальный кинжал. Поднёс к ладони. Имитировал порез — быстрый, решительный. Красная краска потекла по руке.
Он подошёл к актёру в маске Ориона. Коснулся его лба окровавленной рукой — провёл линию медленно.
Золотые цепи материализовались в воздухе — светящиеся нити, пульсирующие, обвили актёра-«Ориона». Запястья, шею, торс, лодыжки.
Он сопротивлялся — рвался, кричал беззвучно. Спина выгнулась. Боролся до последнего.
Но цепи затягивались неумолимо. Он упал на колени — медленно, каждый сантиметр — борьба. Голова опустилась. Руки бессильно повисли.
Запечатан.
Другие актёры-Вега повторили ритуал. Кинжалы блестели. Кровь-краска текла. Один за другим актёры-боги падали на колени, окутанные золотыми нитями света.
— Вега своей кровью создали печати! Самые опасные боги заточены! Война остановлена!