Лекарь улыбается. Вот кто здесь самый странный.
— Хотели выработать устойчивость к ядам?
Сжимаю зубы и молча киваю. Догадливый какой. Каждое слово сейчас может быть использовано против меня же.
Эш принимается наворачивать по небольшому лазарету круги и зарывается пальцами в все еще влажные волосы.
— Как долго?
— Ч-что? – пищу переспрашивая.
— Как долго ты занимаешься подобной глупостью? И почему, удосужься объяснить!
Светловолосый храмовник понимающе ухмыляется и передает мне в руки кусочек смоченной в какой-то целебной мази ткани. Видимо, чтобы приложить к губе.
М-да.
Вот так поворот событий. Не думала, что неудачно мазнувший по губе клык главного героя приведет меня к разворачивающейся в данный момент сцене. Плюс только один, о прошлой беседе под дождем и лобызаниях мы пока забыли.
Яд. Да, так и есть. В малых дозах я принимаю его уже почти два года. С той самой ночи в приюте, когда я заставила Эша уехать, присоединившись к армии.
Причина?
Тоже очевидна.
И довольно глупа, если так посудить.
Я…не хочу умереть от отравления. Точнее, от отравления во время ожидания смертной казни в темнице.
С той ночи кошмары не прекратились. Они стали моими еженощными спутниками. Каждый раз, проваливаясь в сон, я видела того Эштона, пришедшего навестить меня в темной холодной камере под дворцом.
Он был с мечом из сокровищницы покоренной им страны, смотрел так холодно и презрительно, и вопреки тому, что лицо его было тем же, что и у того парня, с которым я провела бок о бок столько дней, казался незнакомцем.
Иногда сон повторял события прошлого. Но чаще, он менялся. В одной версии Эш заливал мне в глотку яд и смотрел, как я задыхаюсь, корчась на полу, расцарапывая ногтями горло. В другой раз, он пронзал меня клинком. Бывало, что сносил голову с плеч. Иногда события смешивались: отравление, потом уже клинок.
Никакие мольбы или клятвы, никакие просьбы, угрозы, слезы – ничего не могло его остановить.
Я просыпалась в холодном поту посреди ночи не могла больше уснуть. Было страшно.
Яд корберы если его принимать понемногу, но регулярно, не смертелен. Тело постепенно привыкает к токсину и учится ему сопротивляться. Лишь один этот факт существенно меня успокаивал. А бонусом шло то, что после его принятия я могла уснуть. Кошмары стали редкими. Но, как бы того не хотелось, сниться они мне не перестали.
Эш прекращает ходить туда-сюда и резко останавливается, решительно протягивая ко мне руку. Отдаю ему его меч, но он качает головой.
— Давай сюда. Яд. Он же сейчас при тебе.
Как он узнал? Мысли мои читает?!
— Точно при тебе… — этим тоном голоса можно резать сталь.