Она вопросительно смотрит на меня:
— Лян Вэй, ребят из персонала всё полностью устраивает. Твою зарплату мы честно делим среди своих, никто не в обиде. Какие проблемы?
— Я не об этом, — качаю головой. — Хочу погасить за отца весь долг, который он нагулял перед рестораном. Не хочется вешать финансовый груз на владельцев заведения. У меня к компании и лично к тебе только огромная благодарность за всё. Папаша на весь ресторан кричал, что я его сын. Будет свинством с моей стороны проигнорировать ситуацию — отморозиться, сделать вид, что меня это не касается.
Айлинь внимательно смотрит мне в глаза:
— Вижу в твоих глазах сомнение, — она слабо улыбается. — Ты сам не уверен, правильно ли хочешь поступить. Так?
— Если я сейчас возьму и погашу его долг целиком, это может являться законным основанием для его апелляции и последующей коррекции приговора? — задаю вопрос. — Он сейчас под контролем людей из интересной организации, которая непопулярна в народе. А они точно не прозевают.
Администратор трёт переносицу — привычный жест, когда думает.
— Да, скорее всего, именно так и произойдёт. Я, конечно, не спец по уголовному праву и процессу, но если понадобится — можем проконсультироваться. Обычно логика ресторана такая: если ты полностью погасишь долг перед заведением — мы официально снимаем претензию. Само возмещение причинённого ущерба автоматически прогрузится в электронном виде в базе прокуратуры.
— Хм.
— А дальше уже не знаю точно, как пойдёт, — продолжает. — Смотря насколько добросовестно и быстро работает судейский аппарат в конкретном случае. Если система не даст сбоя, что бывает довольно редко — вполне могут твоего отца сразу и отпустить. Или существенно сократить срок.
— Вот именно, — мрачно киваю в ответ.
— По закону, сумму долга будут принудительно вычитать с твоего отца ежемесячно, небольшими частями из его мизерной зарплаты в лагере трудового перевоспитания. Копейки там платят, так что растянется процесс на несколько лет. Прекрасно понимаю, какие именно у тебя сейчас внутри чувства и эмоции.
— Что, мой внутренний конфликт настолько заметен?
— Не первый день знакомы, — она пожимает плечами. — Я вижу, когда ты просто устал после работы, а когда у тебя что-то происходит внутри. Сейчас второй случай. Думаю, ты должен для себя решить, кто ты есть на самом деле.
— В каком смысле?
— Ты традиционный китаец? — поясняет Айлинь. — Со всеми конфуцианскими штуками про сыновний долг, уважение к старшим, семья превыше всего. Или ты уже другой человек? Современный, который живёт по своим правилам?