И про связи можно забыть.
— Будь осторожен. Надеюсь, от твоих приключений я не пострадаю. И твои будущие дети тоже. Тут мы плавно подходим к следующему важному пункту…
— Что ещё? — устало возмущаюсь. — Я просто хочу спокойно домыться и выйти наконец из воды. Мне ещё завещание молодой невесты читать. Уже вообще ничего не хочется, даже есть.
— Рекрутинг людей надо делать максимально тщательно и аккуратно, — начинает новую тему До Тхи Чанг. — Ты ещё не сталкивался с наймом в команду, так что послушай меня. С чего начинается любой рекрутинг?
— С требований к кандидату?
— Правильно, но это только первая половина. Обязательно должен быть второй список — кем человек являться не должен . Вредные привычки, особенности поведения и так далее. Я так понимаю, после Ши Тин ты начнёшь тщательнее подходить к рекрутингу женщин для, ну пусть будет, развлечений. И в свой виртуальный список внесёшь не только желаемые достоинства, но и то, чего ты не хочешь в ней видеть. Красные флаги.
Несколько долгих секунд, не моргая, смотрим друг на друга.
— Я непонятно выразилась? — уточняет вьетнамка. — Лучше перейти на английский язык для ясности?
— Да нет, у тебя отличный китайский. Просто ты говоришь и меняешь темы с такой скоростью, что я не успеваю за тобой переваривать.
— Ладно, буду думать с твоей скоростью.
— Отлично. А то уже голова кипит.
— Из любой плохой ситуации надо уметь делать хорошие выводы, — после каждого слова вьетнамка демонстративно стучит указательным пальцем по керамическому бортику джакузи. — Ты сам мне однажды это сказал. А вывод такой — у твоей будущей пассии не должно быть внутренней токсичности. Потому что она своим ядом неизбежно отравит всё и всех вокруг. Точка.
После этих слов вьетнамка выходит из ванной и плотно закрывает за собой дверь.
Продолжаю находиться в постепенно остывающей воде, совершенно не понимая, что вообще только что произошло.
— Ну и кто из нас двоих главный в этой квартире? — громко спрашиваю в пустоту.
Дверь снова распахивается.
Вьетнамка просовывает голову внутрь:
— Конечно ты. В семье всегда главный мужчина.
Дверь захлопывается.
За стеной отчётливо слышатся её шаги и удаляющийся голос:
— Мужчина всегда в доме хозяин. Потому что если он травоядный, то хищницей вынуждена становиться женщина. А такую перевёрнутую семью ничего хорошего не ждёт.
Голос окончательно затихает, как и шаги в коридоре.
Сам не осознаю, как пролетают следующие пятнадцать минут.
Я уже не обращаю внимания на по-прежнему открытое окно, которое До Тхи Чанг забыла закрыть или намеренно оставила.