Но, разумеется, настоящая проблема этих самых «симптомов» заключалась не в боли. Гораздо страшнее была тень тревоги, липкое дыхание страха перед смертью, которое обычно приходит вместе с ней. Сейчас же не ощущал ничего подобного.
— Ну не могу просто так сдохнуть!
Путь к выживанию уже ясно вырисовывался у меня перед глазами. А значит, телесная боль и зловещая тревожная сирена внутри были не более чем шумом, бессмысленным и пустым.
«Это невозможно!»
Раздраженное возражение профессора, прозвучавшее сегодня, имело свою логику. При нынешнем уровне технологий 2016–2017 годов препарат, который мне был нужен, действительно нельзя было создать.
Но…
«А если снова подтолкнуть технологии вперед?»
Так же, как я уже сделал это в области искусственного интеллекта. Почему бы не попытаться приблизить будущее и в медицине? Я не мог гарантировать, что этот путь приведет к успеху. Я даже пока не понимал, как применить тот же принцип к болезни Кастлемана.
Но…
«Попробовать стоит».
Несмотря на резкий тон, информация, полученная от профессора, была ценной. Он, по сути, выдал мне чертеж — схему того, как нажать на курок в игре под названием «русская рулетка». Картина сложилась, и теперь оставалось лишь следовать этому чертежу и воплотить его в реальность.
Разумеется, легко не будет. Все может обернуться куда более громкой и хаотичной историей, чем сейчас представляю.
Но…
«Это уже не моя проблема».
Главное — передо мной появился маршрут разработки лекарства. Да, сложность выросла, но по сравнению с прошлым, когда впереди была лишь пустота и туман, это было несоизмеримо лучше.
Теперь задача стала предельно ясной. Оставалось лишь одно препятствие — масштаб капитала.
Для реализации нового плана мне требовались средства, несравнимо большие, чем те, которыми располагал сейчас. Колоссальные суммы. Для большинства людей собрать такие деньги за короткий срок — почти невозможная задача. Но… мое положение было иным. Достаточно одного телефонного звонка.
Я поднял трубку и связался с операционным директором Крейн.
«Подготовьте привлечение капитала».
— Простите? Прямо сейчас… вы это имеете в виду?
В голосе Крейн отчетливо прозвучало изумление. Привлечение капитала означало вновь распахнуть двери хедж-фонда, которые так тщательно держал закрытыми. А значит — привлечь новых инвесторов. А значит — задействовать еще больше чужих денег.
Формально сбор средств был нужен для чудовищно дорогой разработки лекарства, но в голове тут же мелькнула еще одна мысль.
«Если собрать больше денег… эти симптомы могут ослабнуть».
Ведь суть моего состояния заключалась в сигнале о нехватке капитала. Ответ напрашивался сам собой. Сейчас не время для бережливости. Гораздо надежнее привлечь дополнительные средства и просто стереть сам дефицит.