— С новой администрацией есть большая вероятность, что они наконец обнажат меч. А если выборы выиграют демократы… — голос оборвался, уступив место молчащему напряжению.
Именно поэтому Gooble так старательно навязывала миру идею «добродетели делиться» — неуклюже, с фальшивой мягкостью, словно улыбаясь сквозь зубную боль. В воздухе витал запах политической необходимости.
— Но… разве передача этого Золотого Пакета не слишком? — робко спросили из глубины стола.
— Сейчас у нас нет выбора. Тихо уступить — самый разумный шаг.
— А не глупо ли усиливать соперника только из-за страха перед лезвием? — прозвучало новое, твёрдое, с оттенком холодного металла в голосе.
— Если мы отдадим даже эти GPU, и Старк действительно нас превзойдёт… что тогда?
В этот момент технический директор — CTO — медленно выпрямился. Его движения были спокойны, уверены, как у человека, который держал в руках инструмент точнее любого клинка. Он покачал головой, и на его лице не было ни тени сомнения.
— Об этом вам не стоит беспокоиться, — произнёс он негромко, но уверенно, словно поставил тяжёлую точку. Его голос был твёрдым и гладким, как полированная сталь, и в нём ощущалась уверенность человека, который знает — техника на их стороне.
Гул кондиционеров в переговорной дрожал у висков, пахло тёплым пластиком мониторов и горьковатым кофе, оставшимся в чашках с потёкшими ободками. В пальцах — гладкий край стола, прохладное стекло, и откуда-то из-под кожи поднималось напряжение, как перед грозой. Слышалось, как клавиши тихо щёлкают, будто кто-то перебирает косточки чёток, а на экранах вспыхивали строки сообщений, холодные и резкие.
— Думаешь, одних GPU достаточно? Оркестрация, распределённые вычисления, скоростные сети, оптимизация конвейеров машинного обучения… На создание всей этой инфраструктуры у Gooble ушли годы — звучало в голове с тяжёлым металлическим привкусом.
Чувствовалось, как под лопатками сжимается узел тревоги: сколько бы усилий ни было брошено Старком, пропасть в инфраструктуре, людях, данных и опыте не затянется быстро — запах долгой работы, тысяч бессонных ночей, накопленной памяти оставался только у Gooble. Понималось это особенно остро — словно ладонью проводилось по шероховатому камню.
— Сколько бы сил ни вложили, нас им не догнать. В такие моменты нужно сохранять ровность дыхания и достоинство, не выставляя лишней обороны — голос технического директора звучал ровно, мягко вибрируя в пространстве, как струна.
И вдруг — резкий звон уведомлений, звонче металла. Телефоны затрещали один за другим, экраны вспыхнули белёсым светом, и в воздухе запахло озоном, как перед ударом молнии. Прокатившиеся по залу ругательства шершаво царапнули слух.