— Зачем?
— Целуй.
— Но зачем?
— На то особой причины не требуется, — сквозь зубы процедил дю Шевуа.
Эльфийка покорно чмокнула этот кусок бронзы. Кардинал важно кивнул и сделал отмашку — можно развязывать. Похоже, крестом он проверял, удачно ли завершен сеанс экзорцизма, не осталось ли в пациентке еще какой нечистой силы.
Освобожденная Аурэлиэль потерла затекшие руки, наморщила лоб и пробормотала:
— Я что-то припоминаю… Что-то очень странное… У меня в голове наперебой звучали голоса, а еще я вроде бы видела тебя, демон… что-то постоянно говорила… и ты вроде бы тоже что-то говорил… я плохо помню, что именно. И все время было ужасно страшно… и холодно. Я ничего такого не делала, пока в меня вселились призраки⁈
— Да нет, ничего особенного, — хмыкнул я. — Так, ерунда всякая.
Проявим христианское милосердие и не будем рассказывать правду.
Аурэлиэль глядит в окно кареты, не произнося ни слова. На нас с кардиналом старается не смотреть. Мы тоже благоразумно не вспоминаем о том, что произошло этой ночью.
Гоблин Цеймурд сидит, как на иголках. В глазах немой вопрос. К концу сеанса экзорцизма дю Шевуа разошелся вовсю — а голосина у него внушительный, настоящий шаляпинский бас. Неудивительно, что он перебудил всех присутствующих. Слуги ничего спрашивать не решились, пан Зовесима даже пискнуть лишний раз не смеет, а вот нашего переводчика может прорвать в любую секунду.
— Они были так несчастны… — вдруг заговорила Аурэлиэль, по-прежнему глядя в окно.
Мы с кардиналом переглянулись. Он осторожно спросил:
— О ком речешь, дочь моя?
— О тех… призраках. Которые в меня вселились. Они… они показывали мне картины из своих жизней… по-моему, они сами ее почти не помнили… Только всякие смутные обрывки… самые яркие моменты… и всегда смерть… смерть…
— Смерть?
— Да… Там были мужчины, женщины… Слуги, стражники… Был егерь, убитый ножом в спину… он так и не успел спустить тетиву… Был старый конюх-выпивоха… его зарезали собственные собутыльники… Был ложно обвиненный в воровстве ключарь… его повесили во дворе замка… А еще были жены графа…
— Жены?
— Да… Их было так много… О боже мой, как же много у него было жен…
— Одновременно? — удивился я. — Там мусульманин, что ли, какой-то жил, с гаремом?
— Ты о чем, демон? — недовольно покосился на меня кардинал.
— Да так, ни о чем…
Совсем забыл, что в этом мире ислама нет и никогда не было.
— Нет, не одновременно, — вяло помотала головой Аурэлиэль. — По одной за раз… Всего семь… семь несчастных, замученных девушек… и он их всех убил… зарезал, как свиней на скотобойне… Граф был страшным человеком… очень буйным, злобным… и очень ревнивым. Он раз за разом женился, какое-то время жил с молодой женой… а потом обвинял ее в неверности и убивал… каждый раз…