Мне удается перевернуться на живот и застонать.
— А ну, — рычу я в пол, не в силах поднять голову, — оставь ее в покое, мразь!
Цепляюсь за стыки камней на полу и подтягиваю себя. Ползу я очень угрожающе, ничего не скажешь. От шумных выдохов песок разлетается в стороны. Чтобы увидеть, что происходит, приходится положить голову на бок.
Отвлекающий маневр удался, Высший приближается ко мне, наклоняется и хватает меня за плечо, поворачивая. Его длинные тощие пальцы сжимаются, впиваясь в ключицу, и я не сдерживаю стон боли.
— Какая замечательная ночь, — говорит он, осматривая меня белесыми глазами. — Откуда же в тебе столько разных сил, человек? Давно я не вкушал дара недр земли и огня. С тебя и начну.
Хаос бросается ко мне, перетекая по руке демона. Меня пронзает острая боль, выгибая и поднимая тело. Сила стремительно уходит, пожираемая тварью. Красные нити начинают рваться, обрывками улетая в пасть демона. И я ору.
Ну вот кто меня за язык тянул? Но за его спиной я вижу шевеление, Разумовская пытается подняться. Видимо, чтобы высосать жизнь из меня, ему все таки пришлось немного ослабить давление.
— Светлячок… — хриплю я ей.
Громче не могу, но этого достаточно. Богдан и паладины тоже оживают. Где остальные, я не вижу. Ольга садится на колени, упираясь головой в пол, шарит по карманам. Да давай быстрее!
Узкие потрескавшиеся губы демона расплываются в улыбке. Ну ты еще облизываться начни. Я из последних сил стараюсь удержать утекающий к нему поток, но получается все хуже и хуже.
Боковым зрением замечаю вспышки и тут все поглощает яркий свет. Глаза я закрыть опять не успеваю. Рука отцепляется от моего плеча и пропадает. Все пропадает в этом ослепительном сиянии сил.
Отступает и давление, я упираюсь руками, поднимая непослушное тело. Становится очень тихо и тепло. Тихо? Почему так тихо? Свет, усилившись, исчезает.
Высший демон стоит перед нами, усмехаясь. И силы вокруг него стало больше. Твою ж мать, мы, что его сейчас подкормили?
— Неплохо, люди, неплохо. И очень глупо, но попытка храбрая.
Он начинает поднимать руку и тут Ольга кидается к нему, совершая какой-то безумный прыжок. В полете она призывает серебристое сияние. Оно широкими лентами оплетает ее тело, уплотняясь в доспех.
Из-за ее спины вырастают два огромных крыла, она взмахивает ими, поднимаясь в воздух и кидается разъяренной птицей вниз. Я от шока матерюсь на наследницу императорского рода, благо она не слышит.
Паладины вспыхивают лампочками и тоже бросаются на врага. Богдан не отстает, в его руке зажат последний артефакт. Мы бьем одновременно. Всем, что есть. Приглушаю зрение, чтобы не ослепнуть от всплесков сил.