Я пригляделся, прильнув к холодному стеклу. Внизу, в предрассветной дымке, прорисовывались две ленты воды. Одна — длинная, извилистая, с множеством мелких проток и отмелей, сливалась с другой — более прямой, могучей, несущей свои воды широким потоком. Суундук и Урал. Так эти реки будут названы через тысячелетия. Слева и справа поднимались невысокие, но четко очерченные возвышенности, поросшие бурой степной травой. Всё совпадало с генштабовской картой до мелочей.
— Надо ближе к тем холмам сесть! — прокричал я в ответ, вспоминая слова Виктора Петровича. Тот советовал начинать поиск на более высоких участках древних террас — там, где мог задерживаться тяжелый металл, шанс наткнуться на крупный самородок был выше.
— Понял! — самолет слегка качнуло. Дядя Саша плавно завалил его на крыло, и мы пошли на снижение, выбирая относительно ровную площадку на пологом склоне одного из холмов. Колеса мягко ткнулись в жесткую, выгоревшую на солнце траву, кукурузник пробежал несколько десятков метров и замер.
— Тридцать четыре минуты от взлета до посадки, — остановил я запущенный еще в станице секундомер на старых электронных часах. — Что там с топливом, дядя Саш?
Пилот прищурился, глядя на показания приборов.
— Нормально. На столько и ещё полстолька хватит. Запас есть.
Это обнадеживало. А учитывая, что дед был мастером преувеличивать расход, можно было надеяться и на большее.
— Выгружаемся? — в проеме двери кабины возник Леонид, потирая затекшую шею. В салоне было тесно, и он явно рад был вырваться.
— Конечно! — я отстегнул ремни. — Устал уже от разговоров?
— Ага. Заболтали твои специалисты! — он кивнул в сторону вываливающихся из салона копателей. — Если они так же хорошо работают, как языком треплют, мы рискуем столько золота просто не увезти. Тяжело будет!
— Ага, — я сунул драгоценную карту генштаба в потрепанную кожаную папку и поднялся с жесткого кресла. — Твои слова да богу в уши. Только бы не сглазить…
Несмотря на внешнюю уверенность, сомнения грызли меня сильнее прежнего. Идея, казавшаяся почти безумной утром, теперь, на месте, среди этой бескрайней, безлюдной степи, под холодным утренним небом, выглядела и вовсе фантастической. Что если мы зря рисковали, зря тратили последнее топливо? Но отступать было поздно.
Ребята, выгрузив ящики с приборами, лопатами, и рюкзаками с провиантом, без лишних слов начали настраивать аппаратуру. Щелкали тумблеры, завывали динамики в наушниках при калибровке, загорались дисплеи. Через пару минут они, словно охотничьи псы, пущенные по следу, разбрелись по склону, каждый в своем направлении, методично водя катушками над пожухлой травой.