Машины нашлись быстро. Отчётливые следы на снегу довели до одной из многоэтажек, за которой, уткнувшись носами в стену, они и стояли. Правда не десять — как мы рассчитывали, а всего две, и следов, что кто-то уезжал, не было.
Нива на высоких, «злых» колесах, с заваренными металлом окнами и наваренными поверх дверей нашлепками железа. И рядом — УАЗ «буханка», на военных мостах, с шинами, похожими на тракторные. Обе машины выглядели серьезно подготовленными к выживанию.
— Интересное кино, — пробормотал Олег, заглядывая через запотевшее лобовое стекло в кабину УАЗа. — А где остальные?
— Может, разделились? С двух сторон решили зайти? — предположил я, считая такой вариант вполне логичным для штурма. Но у Олега было другое мнение.
— Не думаю. Какой смысл? — развёл он руками, оглядывая заваленный снегом пустынный двор. — Тут и с одной стороны зайти — проблема. Да и следов других нет. Только эти. — Он ткнул лыжной палкой в чёткие отпечатки грязных шин.
— Может, обойти хотели, да застряли где… — не сдавался я.
— Вряд ли. Смотри чего тут есть… — Олег уже копошился у передней двери «буханки». — О! — его голос прозвучал из салона приглушенно, но с ноткой азарта.
На водительском сиденье УАЗа, полуприкрытый грязной ветошью, лежал прибор ночного видения. Не игрушечный, а настоящий, тяжелый, военный. Зеленовато-коричневый корпус на танковом шлеме, с закрытыми резиновыми заглушками линзами, здоровенными батарейными блоками по бокам и толстым кабелем, подключенным куда-то вглубь приборной панели.
— Хорошая штука! — не удержался я от одобрения.
— Жаль что «А» серия, — прокомментировал Олег, поднимая прибор. Он снял свою меховую шапку и с некоторым усилием напялил шлем ПНВ на голову. Он сидел неуклюже, сползая набок. — Тяжелый гад… — Олег ворочал шлем, пытаясь поймать баланс, чтобы он не съезжал на нос. — Без ИК-подсветки практически бесполезен в полной темноте, надеюсь, здесь она есть…
Я обошел капот «буханки». Над передним бампером, чуть ниже фар, сразу заметил пару небольших, но мощных на вид круглых фонариков с толстыми линзами — явно инфракрасные прожекторы.
— Есть, не переживай, — сообщил я. — Два штуки, на бампере.
— Вот и чудно, — довольно ухмыльнулся Олег из-под шлема, снял его и принялся внимательно разглядывать, вытирая пыль и отпечатки пальцев с линз рукавицей.
— Чего ты там высматриваешь? — спросил я, подходя ближе.
— Восемьдесят первый год выпуска, — прочитал он гравировку на корпусе. — А выглядит как новый.
Обойдя «буханку», я залез на сиденье, и забрал у Олега прибор. Первое, что поразило — вес. Навскидку — килограмма три, не меньше. Само ощущение в руках… Даже не знаю, как передать словами: надежность, основательность какая-то… Словно монолитный кусок чугуна — ни одной щели, ни люфта. Все винтики и стыки промазаны чем-то гидрофобным, даже резинки уплотнительные на окулярах — мягкие, эластичные, как новые. В общем, — вещь!