Нестеров с лёгкостью покупал женские прокладки и геморроидальные свечи, но сам за виагрой зайти стеснялся, а там последняя таблетка.
Пока провизор ходила в подсобку, я рассматривала витрину с детскими товарами. Соски, бутылочки, памперсы… до сих пор не верилось, что скоро всё это снова станет частью нашей жизни.
— Может, вам вместо виагры дать сиалис? — спросила провизор. И я даже не сразу поняла, что это мне. Пока она не окликнула. — Женщина!
— Что? — повернулась я.
Вот спасибо, что на всю аптеку сказала «виагра»!
Теперь ещё соседи начнут судачить — коттеджный посёлок небольшой, все друг друга знают.
— Мужу кардиолог прописал, — сказала я погромче и полезла в сумку. — У меня есть рецепт.
— Виагра продаётся без рецепта. Да и помню я ваш рецепт, там было несколько препаратов на выбор, — ответила женщина в белом халате, — потому и предлагаю. Виагра и всасывается хуже, и приём пищи на неё влияет, и действие у виагры короче.
Да господи ты, боже мой! Нельзя просто взять деньги, дать мне лекарство и промолчать? Обязательно сто раз повторить: виагра, виагра, виагра?
Или ещё не все услышали, что я покупаю?
— Попробуйте, — подала она коробочку. — Это лекарство выбирает большинство кардиологов, да и урологов, и не только для лечения эректильной дисфункции.
Слушай, что я тебе сделала? — уставилась я на тётку за стойкой. Может, она и хотела как лучше, и была профессионалом своего дела, но полная аптека народа, и не всем нравится обсуждать свои болячки прилюдно, особенно эректильную дисфункцию.
— С вас… — она назвала сумму.
Я вымученно улыбнулась в экран, расплачиваясь улыбкой.
И слово какое правильное — расплачиваться. Жертвовать своей искренней улыбкой и нести наказание за свою вежливость. Другая бы уже тётку облаяла, ещё и нажаловалась, а я, конечно, поблагодарила и промолчала.
Но в следующий раз пойду в другую аптеку.
Я уже сунула чёртов пакетик в карман, лишь бы побыстрее выйти, когда меня окликнули.
— Оль, погоди-ка! Спрошу что.
Я обернулась. Ну, конечно, соседка.
— Привет, Олесь! На улице тебя подожду, — ответила я и вышла.
Здесь, конечно, надо напомнить себе, что я знаю об Олесе, кроме имени.
Например, что она вторая жена известного не только в нашем коттеджном посёлке бизнесмена Антона Райского. Моложе его лет на пятнадцать, с ребёнком от первого брака, ушлая, цепкая девка, что работала у Райских помощницей по хозяйству, как деликатно называла её Вера.
Вера, святая душа, первая жена Антона, её пожалела.
«Каждый может попасть в трудную жизненную ситуацию, — говорила она мне, подобрав Олесю с дочкой чуть ли не на улице. — А она хорошая девочка, умненькая, работящая».