— Смотреть в монокли! Тут зверь сферы! — завопил Фалько, выхватывая свою шпагу.
Все засуетились. Кто-то перезаряжал мушкет, кто-то выхватывал шпагу, потеряв всякий интерес к убитым. Вот только Фалько больше не мог командовать. Его седовласая голова вместе с закрученными усами и шляпой мгновенно растворилась в воздухе. Кровь ударила вверх, а от падающего тела к груде камней, под которыми лежал Яз, метнулось зубастое облако.
Бес-привратник принял материальный облик и на лету подцепил антимагическую сеть, попутно зачерпывая в неё некоторое количество искорок. Богомол ожил и махнул в сторону мушкетёров правой лапой. Лезвия ножей и старых мечей, из которых состояли зубья передних конечностей голема, словно пущенные из баллисты, стремительно ударили по своим целям. В этот раз выжили трое со шпагами, бывшие наготове. Остальные, заряжавшие свое оружие, навсегда лежать на камнях. Один из живых бросился к убитому товарищу и, упав рядом, запустил руку в его подсумок.
Богомол вставал медленно, словно нехотя, однако Яз полностью контролировал положение дел. Оставшиеся двое пятились, а третий уже открывал портал с помощью какого-то артефакта.
«Ну уж нет», — прохрипел маг, и лапа богомола перерубила спрятавшегося пополам.
— Эти двое твои! — приказал он бесу.
— Вот спасибо, господин, без тебя-то я не поевши спать бы лёг! — съехидничал привратник.
Яз развернул богомола к бледной Куропатке. Взгляд сквозь тени не видел признаков жизни, зато находил заполненные до краёв артефакт серебряной лиги в виде фенечки на левой руке и наполовину заполненный золотой — диадему в форме птицы, расправившей крылья. Элизабет Хазле умерла от потери крови. Бес-привратник откусил ее ногу вместе с артефактом, когда та сняла и без того слабую магическую защиту для последнего удара по Ящеру.
Услышав крики, Яз обернулся. Бес действительно поглощал тени убитых.
Богомол осел на колени. Камни расползлись в во все стороны, и окровавленный маг вывалился, держась за бока. Свежевыращенная левая рука была неестественно выгнута в сторону, а в правом боку что-то свистело и булькало при дыхании. Ящер закашлялся и, приложив к ране целую руку, надавил, применяя магию лечения. Судя по всему, какой-то камень пробил грудную клетку и создал наполненный кровью мешок между костями и органами дыхания.
«Повезло, что голову не сдавило. Да и демон молодец. Вот, помог, а не сбежал. Даже не хочется думать, как бы без него сложилось», — размышлял Яз, вместе с тем понимая, что к теме оплаты этого долга привратник еще вернется.
Немного придя в себя, он выпрямился и, сделав пару шагов к мёртвой Элизабет, наклонился за серебряной фенечкой и положил ее в рот.