А затем произошло неизбежное — одна из тупых птиц обгадилась…
Снаряд летел прямо на двух соперниц и стоящего рядом с ними Зефира, и енот даже прикрыл лапками глаза, чтобы не видеть того, что произойдет.
Раздался оглушительный взрыв, а затем перепуганные крики и чей-то громкий возглас:
— Стой, дебил! Не смей их сбивать!
Брут приоткрыл один глаз. Посреди площади была неглубокая воронка, по краям от нее стонали раненые. Чуть в стороне сразу на двух красавицах — брюнетке и зеленоволосой — прикрывая их своим телом, лежал командир. Каменные осколки оставили на бригантине отметины, а на незащищенных местах виднелись кровоподтеки.
Но, судя по всему, его человек был жив и не сильно пострадал. Мохнатый и сам не заметил, как задержал дыхание, и только сейчас облегченно выдохнул.
— Ты живой⁈ — раздался громкий голос чернявого, который спешил к Зефиру от лавки.
— У тебя кровь! — из-под командира прозвучали в унисон взволнованные голоса.
— Нужно укрыться, — ответил парень, поднимаясь с девушек.
Те мигом подскочили, ухватили на пару Зефира за руки и, не дав опомниться, утащили в ближайшую таверну; за ними тут же последовал Леопольд. Остальные люди тоже быстро разбежались с открытой местности. Брут же только прищурился и со злостью уставился на все еще круживших в воздухе птиц.
— Н-да, — протянул Зефир, пытаясь размотать забинтованную голову, пока они втроем удалялись от крепости.
Встревоженные девчонки постарались на славу, оставив только прорези для глаз, носа и рта. А на все заверения командира, что это была лишь пара царапин, они суетились только пуще прежнего.
Не помог даже эликсир, который Зефир при них выпил и полил на раны. И в итоге его чуть не упаковали в кокон.
В случившемся ранении и последующей гиперопеке со стороны двух соперниц, которые мигом забыли о разногласиях, присутствовала и доля вины самого парня — он оставил заплечную сумку и, самое главное, шлем в таверне, когда впопыхах вышел на улицу вслед за спорщицами.
— Странно, что они не увязались за нами, — проговорил Леопольд, у которого на плече сидел Брут.
Енот присоединился к ним, как только парни отошли от заставы. Мохнатый пройдоха отсиживался до последнего, резонно опасаясь разозленных посетительниц купальни.
— И слава Бойне, — пробормотал командир, сняв наконец дурацкие бинты окончательно.
Надев шлем, парень почувствовал, как на его плечах появился Брут, который только и ждал момента, когда Зефир закончит.
— Ты, кстати, чего такой неосторожный? — спросил у енота командир. — Та рыжая была дочерью главы клана, и если бы ты попался, у нас бы были большие проблемы.