На нас никто внимания не обращал, только пацаны придержали потрепанный мяч и проводили моторку взглядом. Мы въехали в ворота высокого амбара, для стороннего наблюдателя выполнявшего роль конюшни-гаража.
Здесь уже стало поинтересней: второй пост охраны, совсем не бутафорный, состоял из шести вооруженных бойцов, усиленных двумя пулеметами Максима и дополнительными бетонными перегородками с бойницами. Логику их расположения я не очень понял. С некоторых точек огонь можно было вести только внутрь помещения, будто опасность могла быть там, а не снаружи.
В центре ангара стоял какой-то агрегат, похожий на бензиновый генератор из моего прошлого мира. В этом мире к скоплению медных трубок добавили колбы с булькающей фиолетовой жидкостью и самый настоящий колокол, а сверху все закрыли толстым стеклянным куполом.
Колокол дергался через равные промежутки времени, но звона не было слышно. Скорее всего, он передавался куда-то дальше — от генератора тянулись толстые трубки, проложенные по полу до распашного люка в дальнем конце ангара. Рядом с закрытым люком было небольшое вентиляционное отверстие, куда и прятались отводные трубки.
«Прямо подземный бункер какой-то, у меня также было в одной лаборатории, — начал было Ларс, но тут же осекся. — Да, Харми, я уже навел порядок в своей комнате…»
— Как обстановка? — спросил Инок у охранника с особо выделяющимся «кирпичным» лицом.
— Напряженно, но под контролем, — скривился вояка, поправляя длинные усы. — Сегодня особенно нервно.
— Будем разбираться. Открывайте, профессор Смолин нас ждет.
Инок кивнул на люк, а потом на меня.
— Обыскивать не нужно.
«Кирпичная морда» посмотрел на меня с безразличным видом, будто тут по сто раз на дню «разбиратели» новые приезжают.
— Разбирайтесь. Но усыпить, конечно, вернее было бы, — пробурчал он себе под нос.
Вояка подошел к стене, раздвинул доски, открывая потайную нишу с рычагом, и медленно потянул его вниз. Под полом что-то вздрогнуло, послышался звук заработавших механизмов, и двери люка пришли в движение.
Инок зашагал туда, не дожидаясь полного открытия и даже не посмотрев, иду ли я за ним. Я пошел — почувствовал энергию фобосов. Переплетенный клубок смазанной силы, беспомощно бьющийся в замкнутом пространстве. Боль, страх, отчаяние и злоба. Поток концентрированной злобы был настолько велик, что моих фобосов начало мутить.
А когда я начал спускаться по лестнице, то еще и потряхивать.
Под землей звенел колокол — ритмично, противно, до скрежета в зубах. Голову моментально затянуло в тиски, а перед глазами побежали черные круги. Я оступился с последней ступеньки, и если бы Инок не поддержал меня, то рухнул бы кубарем.