Снаружи огневик не изменился, по крайней мере, это не было заметно до того момента, пока я не взял его. Гравировка засияла тусклым красным светом. Прямо комплект теперь у меня, будто легендарное снаряжение собираю. Основные изменения оказались под крышкой: кресало и часть мелких элементов теперь были из хоросана, а перфорированная часть, из которой торчал фитиль, стала толще. Но сам фитиль, наоборот, — тоньше, да и материал теперь был какой-то другой. Я закрыл и открыл крышку, проверяя щелчок, а потом чиркнул по кремню.
Ровный язычок пламени подскочил почти на два сантиметра, вздрогнул и замер, как приклеенный. Я подул на пламя, но оно не шелохнулось.
— Фитиль практически вечный, вся конструкция усилена и слегка изменена, чтобы увеличить пламя, но не расход полыни, — объяснил Шварц. Он аж светился, даже страшно стало, сколько же придется его хвалить и благодарить, чтобы не обидеть. — Но есть еще один момент, про который, как я понимаю, вы не в курсе?
На прилавке появился серебряный поднос, Шварц протянул свою клешню, в которой моментально исчезла зажигалка. Он хмыкнул и, как заправский фокусник, продемонстрировал ловкость рук (и, по любому, какую-то магию), за секунду разобрав огневик.
На поднос лег корпус, потом винтики, пружинки, войлочная прокладка и несколько похожих на ватные шариков, пропитанных полынью. От резкого запаха засвербило в носу.
— Вот сюда посмотрите.
Ювелир повернул огневик и поймал им солнечный лучик, бьющий сквозь окно, чтобы осветить внутреннюю часть.
— Вот там, в глубине на задней стенке.
Я заметил какие-то символы, но прочитать их не смог. Это же надо было умудриться туда пролезть! Я забрал огневик и прошел вместе с ним к окну. Повертел на свету и уже смог все увидеть, но не прочитать. По стилистике символы напоминали формулу Ларса. Смесь иероглифов с инопланетным языком давно вымершей цивилизации, как часто показывают в фильмах.
— Ларс, что думаешь?
«Думаю, что тебя подкинули, — хихикнул профессор — Ибо отец твой определенно был близок к гениальности. До меня далеко, конечно, но будь ты яблоком, то еще дальше бы упал, а потом и укатился бы…»
— Профессор, а ведь ты еще не переехал. Может, тебя в кофейнике оставить? Хотя нет, — улыбнулся я, мысленно формируя самую гадкую улыбку, на которую был способен, — лучше в моторку тебя к деду в подмастерья отдам. По существу давай.
«Вот она, вся ваша демократия из другого мира, уже и пошутить нельзя! — фыркнул Ларс, но дурачиться перестал. — Похоже, что твой отец создал какое-то заклинание. Плетение классическое, но есть ряд нюансов. Можешь считать это своим наследством — я вижу защиту по крови. Так что это чисто родовой навык…»