— Понятно, — отвечаю сухо, обходя рукой холодные перила с золотой каймой. В голове всплывают сцены из дешёвых сериалов, что показывали по телевизору в начале двухтысячных, где богатство изображали через колонны, люстры и золото. Теперь всё ясно: его мать насмотрелась и решила воплотить «картинку роскоши».
Всё это чуждо мне. Я чувствую себя здесь так же неуютно, как в театральной декорации.
— Пойдём, я покажу твою комнату, — говорит Эрик.
Мы поднимаемся по лестнице, и он открывает дверь в одну из комнат на втором этаже.
— Здесь ты будешь жить, — поясняет.
Я оглядываюсь: комната просторная, с огромной кроватью, гардеробом и зеркалом в золочёной раме. Всё кричаще-роскошное. Но меня больше всего задевает другое.
— Рядом с твоей? — уточняю, заметив, что дверь напротив — его спальня.
— Да. Это единственная свободная комната, — спокойно отвечает он.
— В таком доме? — не скрываю иронии. — Здесь же, наверное, десяток спален.
— Все заняты, — коротко отрезает он, и в его тоне я слышу нежелание углубляться в объяснения.
Я уже собираюсь задать ещё один вопрос, но в этот момент внизу хлопает входная дверь. Мы переглядываемся. Эрик сразу напрягается и выходит из комнаты. Я иду за ним, сердце стучит громко и нервно.
Мы спускаемся по лестнице на первый этаж — шаги в доме звучат гулко, словно эхо в огромной коробке. Внизу слышатся голоса, звонкий смех и торопливые шаги.
— Кажется, гости, — бурчит Эрик. — Вот и сюрприз.
На пороге гостиной стоят две девушки. Красивые, ухоженные, словно сошедшие со страниц глянцевого журнала. Одна — высокая стройная блондинка с длинными прямыми волосами и карими глазами смотрит на Эрика с твёрдостью, а на губах — лёгкая насмешка, та самая, знакомая мне с детства. Но теперь она выглядит иначе: взрослой, красивой, уверенной в себе.
Рядом с ней — среднего роста, худощавая, но фигура женственная: изящная талия, формы на месте. Светло-зелёные глаза смотрят прямо, не отводя взгляда, волосы русые, свободно падают ниже плеч. Она спокойнее сестры, в её лице читается мягкость, но и зрелость.
Я цепенею. Марика и Изольда.
Воспоминания нахлынули мгновенно: их шёпот за моей спиной, подколки, жалобы матери Эрика, их вредность и капризы. Для меня они всегда были врагами.
— Привет, — спокойно говорит Эрик. — Не ожидал вас так рано.
— Нас привезли, по приказу Тимура, — первой заговорила Марика. Голос у неё низкий, уверенный, совсем не девчачий. — Эрик, что происходит? Нам угрожает опасность?
— Ты нас хочешь спрятать? — подхватывает Изольда. — Мы взрослые. Объясни нормально что происходит? Почему нас срывают с работы и привозят сюда под охраной?