Тоже мне, друзья. Закрутили роман и ходят теперь доводят несчастных одиноких людей с утра пораньше.
– Лер, давай, бегом! Ну что ты расселась? – Олеся всовывает мне в руки чистое полотенце и косметичку.
– Что хочешь ты от меня, а?
– Короче, мы всё решили! Тебе срочно нужно с Сатаной увидеться, поэтому ты улетаешь.
– Да я уже улетела давно с вами!
– Мы серьёзно! – вклинивается Тёма. – Мы всю ночь совещались и думали, как тебе помочь, и пришли к выводу, что выход у тебя лишь один.
– Какой?
– Лететь! – хором.
– С ума сошли… – отмахиваюсь от них, натягивая одеяло на голову. – Уйдите. С глаз долой.
– Лерка, ты, конечно, женщина взрослая и умная, но дура! Нельзя такое отпускать, понимаешь?
– Мои полномочия в этих отношениях – всё. Мы себя исчерпали. И вообще… Не так уж мне это и нужно.
– Юдина, да ты хоть видела себя, когда Сатана Андреевич рядом? Ты ж светишься, как Полярная звезда! И улыбаешься так широко, что я твои восьмёрки вижу!
– Жуть… – обеспокоенно касаюсь губ, пытаясь представить себе этот милый оскал.
– А он!
– Что – он?
– Он вообще ни на кого не смотрит, кроме тебя, когда ты в поле его зрения. Любит ведь!
– Любит? – вздыхаю.
Наверное, да.
По крайней мере, говорил.
Покрываясь мурашками, вспоминаю его шёпот на своей коже, когда он обнимал меня со спины и в самое ушко мурчал нежности.
Но говорил он много чего ещё, и это может совершенно не иметь ничего общего с реальностью.
– А ты сама, Лер? Любишь?
– Люблю… – вздыхаю снова.
В своих чувствах я уверена наверняка.
Но куда мне эту уверенность приложить теперь?
– Ну вот и всё. Выход один – лететь! Лететь и брать реванш.
– Олесь, мы слишком разные. Меня никогда не примут его классные друзья.
– А тебе правда важно, что они подумают?
– Его мать будет против.
– Так ты за неё замуж собралась или за Тимура?
– Стоп! Замуж он меня не звал.
– Потому что не успел, – без стука входит Мирон.
Со стоном снова падаю на постель.
Не комната, а проходной двор!
– Ну что значит – не успел?
– Лер, он мне кольцо показывал. Он ещё пять лет назад предложение делать хотел, но ты порвала с ним.
– А. То есть виновата?
– Никто не виноват, но теперь кто-то должен сделать первый шаг.
– Лерок, не упрямься, прошу! – складывает ладони лодочкой Олеся. – Ну покусали друг друга и хватит! Миритесь!
– И что вы мне предлагаете, умники? Он там, а я здесь.
– Самолет вылетает через три часа, – спокойно вещает Мирон. – Билеты у тебя на почте.
Самолёт?
Три часа?!
– Да что же вы молчали всё это время?! Мне не успеть!
Молнией слетаю с постели.
– Олесь, платье погладь, пожалуйста. Мирон Юрьевич, будьте добры кофе.