– Женщина – шея, а не голова, – фыркает.
– Я прошу прощения за грубость, но теперь вы сама себе голова. У вас есть деньги, уйма свободного времени, а ещё просто бульдожья хватка!
– Бульдожья? – на лице её появляется едва заметная самодовольная улыбочка.
– О, не сомневайтесь!
Снова между нами повисает тишина, но уже не такая натянутая и колючая, как прежде.
Мы задумчиво сверлим взглядами двери, надеясь на скорое спасение.
– Валерия, а детей ты хочешь? – резко поворачивается ко мне Ольга Захаровна.
– Хочу.
– За фигуру переживаешь?
– Я не склонна к полноте.
– Готовить хоть умеешь? Тимуру нужно правильно питаться, а то он всё по ресторанам и кафе обедает…
– Умею. Вы меня собеседуете?
– Хочу хотя бы понимать, с кем имею дело, – сварливо.
Кусая губы, прячу улыбку.
– Все живы там? – раздаётся голос и стук по кабине. – Помощь пришла!
Минут через десять двери открываются, нам с Ольгой Захаровной помогают покинуть злополучный лифт.
– Ну что, кто с кнопками баловался? На кого штраф выписать будем?
Молча указываю пальцем на Ольгу Захаровну.
– Валерия! – задыхается от негодования та.
– Ничего личного, вы обязательно отомстите мне за это чуть позже. А сейчас мне пора.
Не дожидаясь отповеди, смываюсь на лестницу.
На нужный этаж поднимаюсь с чувством, будто покорила Эверест!
Высоковато для сатаны забрался…
Открываю дверь в приёмную.
– Мне срочно нужно увидеть Тимура Андреевича.
– К нему нельзя сейчас, – встаёт навстречу растревоженная секретарша, загораживая щуплым тельцем дверь в кабинет.
Ага, я такой путь проделала! Я полчаса с Ольгой Захаровной в лифте просидела, и мы обе вышли оттуда живыми! Думаешь, ты остановишь меня теперь?
Пролетая мимо секретарши, врываюсь к Громову!
Дверь кабинета резко распахивается.
Яркое пятно, преследуемое моей ассистенткой Светланой, врывается и стремительно несётся на меня.
– Лера?
Встаю ей навстречу.
– Тимур Андреевич, она сама! Я пыталась! – оправдывается Светлана.
Жестом указываю ей, что всё в порядке и можно нас оставить. Хотя я не очень уверен, что в порядке – на лице Леры суровая решительность викинга, готового украсить внутренностями врага стены.
И я обескураженно взмахиваю над головой стопкой бумаг, как белым флагом.
– Лер, ты откуда здесь?
– Молчи, Тим. Просто молчи, – застывает она в паре сантиметров от меня.
Шарит рассеянным взглядом по столу, и я машинально отодвигаю степлер в сторону, от греха подальше.
Понятия не имею, что у Юдиной в головушке.
– Громов, ты заноза в моей заднице, – наконец вскидывает она взгляд на меня. – Когда ты рядом, я краснею, как школьница. И несу чушь. От одного твоего вида у меня изжога. Ты бесишь меня своим самодовольством и уверенностью в том, что ты неотразим.