Булграмм тут же падает на колени, склоняя голову:
— Велики горы… благодарю тебя, конунг.
Бер, бросив взгляд на воеводу, тоже нехотя опускается на колени:
— Ну ладно, ради такого дела можно разок и штаны испачкать, — бурчит он, но по глазам видно, что говорит искренне. — Тем более что Зела точно умоется, когда я вернусь с кучей зверюшек в тени!
И вдруг к этой сцене присоединяются Светка с Настей, тоже вставая на колени. Ну вы-то куда, благоверные? Вон и Змейка решила повторить. Ладно, тем быстрее я закончу, тем быстрее они встанут.
Где-то в Складском квартале, Сторожевой город
Совет Домов собрался в заброшенном складе. Ещё недавно они возвышались над всем городом, заседая высочайшем здании города с видом на панораму, и считали это своим естественным правом. Теперь же они были вынуждены собраться здесь.
Глава Солнечного дома, лорд Оранж, севший во главе длинного стола, мрачно произнёс, обращаясь к остальным:
— Все теневые твари, что на нас напали, пропали. И мы знаем точно, что гигантский Спрут теперь находится у леди Габриэллы.
— Это временное решение, — отозвался лорд Димирель, не меняя тона, словно не видел в этом проблемы.
— Временное, да, — согласился Оранж, но тут же повысил голос, — но куда делись остальные? Где вся остальная стая? Мы прекрасно понимаем, что они не исчезли бесследно из Центрального парка. Они все у короля Данилы. Он явно их забрал себе и намерен использовать.
— И что ты предлагаешь? — хмуро спросил Димирель, уже предугадывая, что предложение Оранжа ему не понравится.
— И почему мы не позвали короля Данилу на заседание? — вставляет Эрос.
Оранж проигнорировал вопрос лорда Красноперых:
— Я прекрасно понимаю, что твоя дочь находятся сейчас у короля Данилы. И, возможно, именно это мешает тебе действовать так, как следовало бы — во благо Херувимии.
— Следи за языком, — холодно бросил Эрос, в голосе которого прозвучала угроза. — Я могу забрать свою дочь в любой момент, и не тебе напоминать мне о моих возможностях.
— Да, но тогда она умрёт без Колыбели, — жёстко отрезал Оранж, даже не моргнув.
Эрос мрачно замолчал. Было видно, что он понял — Оранж уже в курсе о проклятии его дочери, о котором не следовало знать никому за пределами узкого круга. Знание этого делало позицию Оранжа особенно опасной.
— Я потребую у Филинова, чтобы отдал всех теневых тварей Совету, — заявил Оранж, поднимаясь, чтобы подчеркнуть серьёзность своих слов. — Эта сила не должна подчиняться одному бескрылому. Она должна быть нашей, под контролем Совета, а не в руках самозваного короля без крыльев.