— Также передайте вашим братьям: после штурма я предложу им официально присоединиться к вам. Вместе пойдёте на конкурс скоростного поедания.
— Ну, шеф, ну чего ты опять начинаешь? — грустит Первый, хватая со стола горсть чипсов и закидывая их в рот. — Мы же столько лет не видели этой радости…
— Ты сейчас про еду или про службу мне? — задаю каверзный вопрос.
— Эм… для нас это одно и то же, — отбрехивается Первый.
— Ладно, принимается. — Я ухмыляюсь. — Вы вроде как взрослые гомункулы, так что на вашей совести не помереть от обжорства.
Уже дома — ну, как дома, в своём срубе — наконец погружаюсь в медитацию. Правда, перед этим ещё уточняю, как дела у Лакомки — не заглядывали ли к ней снова бывшие женихи. Главная жена с лёгкой усмешкой сообщает, что после полысевшего и запуганного Ланселота к ней будто бы никто и не суётся. Чему она, конечно, не грустит, а спокойно ждёт возвращения своего мужа.
И именно в этот момент в лагерь снова заявляется Ауст. Как всегда — нагло, прямо в центр лагеря, не то что деликатный Зар. Но на этот раз удача ему изменила.
О его прибытии я узнаю не столько через ментальные щупы, сколько по оглушительному крику, разнёсшемуся на всю округу, и волне боли, прокатившейся по лагерю.
Прекрасный звук. Ауст угодил ногой в медвежий капкан. Не спеша, с ленивым любопытством, иду посмотреть на это шоу. На снегу валяется сильнейший лорд-дроу, громко матерясь, корчится, пытаясь вытащить ногу. Капкан вцепился намертво. Ауст с рычанием хватает стальные челюсти руками и с силой разламывает их голыми пальцами — сталь с треском поддаётся.
— Как ваши дела, лорд Ауст? — с любопытством спрашиваю я.
Он тяжело дышит, лежа на снегу, и хрипло орёт:
— Твою мать, Филинов! Ты на меня покушаешься⁈ Могу сейчас в тебя некротику швырнуть, к чертям!
Я криво усмехаюсь:
— Покушаюсь? Что вы! Как можно! Просто замотались мы тут: часовых не хватает, готовимся к штурму… Меры по защите лагеря пришлось принимать, потому что незваные гости зачастили. Очень жаль, что вы, лорд Ауст, последовали их дурному примеру — и угодили в ловушку.
Ауст рычит, стуча кулаком по снегу:
— Так и будешь стоять⁈ Позови Целителя, чёрт тебя дери! Есть у тебя в твоем муравейнике лекарь или нет!
— Сейчас, сейчас… Скорая уже в пути, — бросаю мысленный щуп в сруб с медиками, и скоро прибегают несколько человек. Раньше они не бежали на крик Ауста, ибо таковы инструкции у них, зато прибежлиа тавры в каменных доспехах готовые напасть на нарушителя, да и Змейка выглянула, но увидев мою лыбу, пошла назад махнув рукой — опять мазака развлекается.