Все делят должности и звания. Ловят золотых рыбок в мутной кровавой воде. Убивая сторонников бывшего императора и клана Чунов, пока это еще можно сделать без следствия и суда. Пока Пекин полон солдат, и не сразу разберешь, где свои, а где чужие. Пока у Парчовых халатов нет нового командира, и они еще не навели порядок.
Не до императорского гарема.
Вот начнется отбор… И страсти закипят! Надо бы дать поручение Юнру, чтобы уже составляла списки наложниц. Ни одиниз влиятельных кланов нельзя обидеть. Новая Мать Нации дама с умом и с хорошим вкусом.
Сан Тан едет к фаворитке, но думает о ней, о своей жене. Как она держалась!
Они встречаются с Сяо на его берегу.
— Маньмань готова? — нетерпеливо спрашивает император. — Я виноват перед ней. Долго не появлялся. Но я свое слово держу.
— Она просила, чтобы вы к ней пришли, ваше императорское величество. Туда, — Сяо глазами указывает на тот берег.
— Зачем же так официально? Ты мой друг.
— Я ваш военный министр. Отныне мы должны соблюдать дистанцию. К тому же я не знаю, что скажет сейчас госпожа. И как вы к этому отнесетесь.
— А что она может сказать? Хорошо, я переведу ее сюда за ручку, — улыбается Сан Тан. — Похоже, Маньмань здесь прижилась, но я напомню ей, что она моя принцесса. И место ее во дворце. В моем дворце.
Он доволен. Государственный переворот совершился, в общем-то, безболезненно. Чуны взяты под стражу, Му тоже удалось схватить. Сестра, хвала Великому Будде жива! Приняла капитуляцию, как все говорят.
Вот это Чен! Надо постепенно продвигать Лун Кая до министра. Не все сразу. Сначала Маньмань.
Она стоит на том берегу. Одна. В шелковой одежде, светлой, почти что белой. Лишь легкий розоватый оттенок ткани и ее качество опровергают невольную мысль о трауре. Но Маньмань без украшений в простой прическе. Нет браслетов на руках, серег в ушах, и — ни единого колечка.
Ну, явно не в дорогу собралась. Не во дворец. В таком-то виде.
Детей рядом нет. Слуг тоже. Весна. Маньмань стоит под персиковым деревом, усыпанном бело-розовыми цветами. Сан Тан невольно вспоминает, как сорвал с ее губ поцелуй, когда она потянулась за таким же цветком. Вечность назад, в императорском саду.
Сердце щемит. Где она, юность? И где прежняя Маньмань? У этой женщины совсем другой взгляд. И нет в нем больше нежности. Нет доверия. Сан Тан невольно замирает в шаге от своей принцессы.
— Почему ты еще не готова? Я лично привез тебе указ. Вот, читай.
Он протягивает свиток Маньмань. Ей пожаловано звание Благородной супруги и один из дворцов в Запретном городе. К переезду все готово.