Столица ликует, потом ликует и вся Великая Мин. Династия укрепилась, у императора есть сыновья от законной жены! Матери Нации! Но радость Сына Неба омрачает главный лекарь:
— Ребенок здоров, ваше величество, а вот мать…
— Что такое с императрицей⁈
— Ее величество сложения изящного. Есть гм — мммм…некоторые особенности. И частые роды императрице противопоказаны. Первому принцу всего два года. Тазовые кости разошлись. И ваша супругакакое-то время будет испытывать боль. Особенно во время… определенных моментов.Императрица молода, и со временем все придет в норму. Год, два, три…- эскулап мнется. — Я хочу предостеречь ваше императорское величество. Если вы дорожите своей женой, то должны ее поберечь. Вы понимаете, о чем я.
— Да. Понимаю.
— Я передам в гарем соответствующие предписания. Главному евнуху. Чтобы покои ее величества исключили из списка. Ваших вечерних визитов. Хотя бы на год. Но лучше пождать э-э-э… подольше.
… — Чей это дворец?
— Леди Гао, ваше величество.
— Остановитесь. Она что, поет?
— Леди прекрасно образована и любит оперу.
— Хочу послушать.
Его как будто ждали. Хотя император не радует своими визитами супруг и наложниц. И никогда не остается на ночь. Уже пошли слухи. Что ж Великой Мин на правителей так не везет? Сплошь однолюбы. А детская смертность высока. Хорошо бы еще пяток принцев.
Леди Гао так красива… Ее хорошо обучили. Она не торопит события. Сдержанно приветствует супруга, спрашивает разрешения: мне продолжать?
Она еще и прекрасно танцует. Не вульгарно, но чувственность в каждом движении: словно вода, струится голубая шелковая ткань вокруг стройного стана. Потом супруга сама наливает императору вино, стараясь не коснуться мужчины даже рукавом своего роскошного одеяния. Что очень даже непросто. Леди во всем.
Его величество любит жену, так что ж? Есть придворный этикет. Императрица обязана позаботится обо всем. И о том, чтобы его величество по ночам не скучал. И наутро у него было бы прекрасное настроение.
Это гарем. А солнце здесь — улыбка Сына Неба. За воротами ждут советники и министры с важными докладами. У империи наконец-то появился правитель!
Юнру воспитана также безупречно, как и леди Гао…
Сын Неба всегда одинок. Он там, на заснеженной вершине, и чем выше гора, тем гуще облака, в которых тонет золотой императорский трон. Сидящий на нем, в конце концов, перестает быть для всех человеком и превращается в легенду…
— Мама, папа…
Император, волнуясь, проводит рукой по каменной плите. Он бывает здесь дважды в год, и обязательно в Цинмин, праздник прихода весны и день поминовения предков.