Нас ждет еще много-много перерождений, согласно буддизму. Но в каком-то из миров, в какой-то из жизней мы обязательно должны встретиться.
— Я буду ждать тебя, Лин!
— А я тебя.
Мы выходим на солнечный свет и невольно щуримся. Как же высокого-то! Я стараюсь разглядеть крохотную фигурку Хэ До, который остался у входа в центральный храм. Вниз от еще одной статуи Будды, центральной, ведет широкая длинная лестница. За ней ворота. А за воротами наши повозки и слуги.
Куда он подевался, этот несносный евнух? Внизу никого. Я невольно вздрагиваю: где-то упал камень и покатился по крутому склону. Может, это Хэ До?
Мы с мужем осторожно начинаем спускаться. А вот и мост. Он выглядит вполне надежным. Сюда я шла без трепета. С десяток шагов над пропастью — пустяк. Тем более рядом Лин.
Я иду и улыбаюсь. Ярко светит солнце. Вокруг летают ласточки. За мной, страхуя, идет мой муж. И вдруг я чувствую, как из-под ног уходит опора.
Мост рушится, и меня отбрасывает на Лина. Я ору от страха, но звука нет. Я понимаю: это все. Последние мгновения.
Отпихиваю Лина, пусть хоть он выживет! Держись за выступ, дурачина! Ты еще можешь до него дотянуться! Но князь меня не отпускает:
— Не бойся, Мэй Ли. Только вместе…
По моему лицу чертит ласточкино крыло, рисуя на лбу невидимый крест, и мы с любимым летим в бездонную пропасть…
— Открой же глаза, Катюша! Ты пришла в себя, у тебя веки дрожат! Ну, пожалуйста! Открой, родная! Ты же можешь!
Голос мамин. Снова сон? Мне страшно. Я знаю, что могу. Но не хочу. Совсем не хочу.
Я хочу остаться в том, придуманном мире, который долгое время был моим убежищем. Моей жизнью взамен той, которая почти оборвалась. Если бы не это, я бы давно сошла с ума. Но мой молодой и здоровый организм, выстоял.
Я пришла в себя.
Мамино лицо, как в тумане. Это слезы, которые льются из моих глаз, отвыкших от любого света. Даже тусклого ночного. Они ведь долгое время были закрыты.
Долго это сколько?
— Очнулась? Невероятно!
А это уже, похоже, врач. Перед глазами белое пятно: халат. Лица пока не могу разглядеть, но если судить по голосу, мой лечащий врач еще не старый.
Его позвали, как только приборы, которыми я облеплена и обставлена со всех сторон, показали динамику. Мне в глаз светят фонариком.
— Реакции в норме. Как ты себя чувствуешь, Катя?
— Что… со мной… было? — Я, будто камни во рту ворочаю.
Язык сухой, горло тоже ссохлось. Сколько же я молчала?
— Ты была в коме. Хотя, твое состояние по-другому называется с точки зрения медицины. То, в котором ты просуществовала три с лишним месяца.
Всего три месяца⁈ Я же прожила за это время двадцать лет! В том, другом мире!